– Это что за хрень, Михалыч? – Алексей начал снимать пропитанную потом одежду, бросая вещи на песок. – Я же там чуть не сдох.
– Посмертный лабиринт. – Искусственный разум Убежища ухмыльнулся. – Убивший алхениса, сам попадает в ловушку разума, и через какое-то время умирает. А ты, молодец. Выбрался. Не даром тебя старый Тениарис отметил. У него чутьё просто запредельного уровня.
Не отвечая, Алексей разделся и высоко прыгнув почти без всплеска вошёл в прохладную, прозрачную воду реки."
"Лёжа на песке, Михалыч, одетый в джинсы и клетчатую рубаху, чуть небритый, скуластый и с характерным прищуром глаз, перекинул травинку из одного угла рта в другой, продолжая смотреть как его… хозяин? друг? плещется в воде.
Он в два мощных гребка выплыл на мелководье, и вышел из воды обтекая струйками воды.
– Ты что с наследством делать будешь?
– А там есть что кроме меча и тряпок? – Удивился Алексей.
– Это алхенис, паря. Ты вон, за год столько к себе натаскал… А они живут по десять – двадцать тысяч лет. Могут вообще жить вечно, но, когда им надоедает, уходят в Сердце Матери. Так они называют верхний относительно себя слой мироздания. Так что, будешь принимать хозяйство?
– Не хочу. – Алексей покачал головой. Сделай это как-нибудь в виде отдельного пространства, куда нет хода никому кроме меня, и пусть всё там лежит.
– А так и будет. – Михалыч кивнул. Это же присоединённое пространство. Хранитель того убежища погиб вместе с хозяином, и теперь я один на два мира.
– Это всегда так? – Алексей допил кофе, и отставив чашку прямо на песок, посмотрел на Михалыча, который всё больше и больше становился похожим на Клинта Иствуда.
– Ну в итоге – да. – Хранитель кивнул. Но Ургиллиор, перед смертью выпил всю силу из своего хранителя, надеясь покончить с тобой одним ударом.
В общем ты в сильном прибытке, как и твой сешесс.
– Кстати, где он?
– Думаю валяется возле того места откуда ты перенёсся сюда. Без тебя, сюда нет хода никому. Ну, пока не обзаведёшься переходом с расширенными функциями.