Народы моря

— Поторопитесь, чтобы не отстали. За нами могут идти враги, — предупреждает он.

— Успеем! Позади нас вон сколько еще едет! — говорю я, после чего привязываю поводья к кусту."

"Натянуть тетиву на лук, надеть на левую руку защитный кожух и приготовить колчаны со стрелами — дело пары минут. Мои действия не вызывают настороженности у проезжающих мимо колесничих. Может быть, думают, что я, рисковый пацан, собираюсь поохотиться, пока катана ремонтирует колесницу, а может, боюсь, что отстану, и готовлюсь к обороне. К тому времени, когда мимо меня проезжает Сети в украшенной золотом, сверкающей на солнце колеснице, я уже стою рядом с Пентауром и дельными советами мешаю работать.

Взгляд скромно подведенных темно-зеленой краской глаз наследника престола скользит по мне без остановки. Какой-то сенни-дикарь со сломанной колесницей — ничтожество, не достойное внимания.

Я уж было подумал, что переоценил шасу, когда впереди, как раз там, где в данный момент находился наследник престола, вдруг и очень мощно раздались истошные крики и ржание лошадей.

Шасу ударили с двух сторон, причем справа, на северном склоне, их было больше. Те, что были выше по склону, стреляли из луков, те, что ниже, метали дротики или кололи копьями и рубили хопешами и топорами лошадей и ездоков в сбившихся в кучу колесницах. Побоище было знатным. Цвет египетской армии стремительно погибал не за понюх табака, хотя о существовании табака здесь пока не знают.

— Разворачивай колесницу так, чтобы была правым боком к бою и готова сразу убраться отсюда, если припечет! — приказал я своему катане.

У Пентаура соображалка работает быстро. За пару минут он развернул колесницу и приготовил щит, намереваясь прикрывать меня. Мы стояли в узком и коротком кузове почти вплотную. Я справа, Пентаур слева, ближе к лошадям. Левой рукой он держал поводья, готовый стегнуть ими наших гнедых, чтобы повернули влево и понеслись к месту последнего привала и дальше, а правой — щит, чтобы прикрыть меня и себя. Я натягивал лук и отправлял одну стрелу за другой по наклонной траектории в скопление врагов у сбившихся в кучу колесниц.

Дистанция была метров двести пятьдесят. Легкие стрелы быстро преодолевают это расстояние и словно бы сами находят цель. Наверное, попадаю и в египтян. Дружественный огонь — это обязательная составляющая каждой войны. Кому-то на роду написано погибнуть от своих.

Колесницы, которые на момент начала боя не добрались до засады, начали разворачиваться и уматывать в обратную сторону.