Тадаев бежал изо всех сил, держа автомат в руке. Надежда на спасение с каждым шагом крепла в нем, бандит пробежал более половины пути до трассы, а по нему не стреляли. Может, спецназ потерял его? Это возможно, но все же? Мало ли что могло произойти? И была ли группа захвата столь многочисленной, чтобы организовать преследование? Может, на его захват в рощу прибыло всего несколько человек, а основные силы брошены к дому? Но он не вернется туда. Почему же по нему не стреляли? Мысли лихорадочно метались в голове бандита.
– Стоять!
Все оборвалось внутри у оборотня. Нет, спецназ русских не оставил его, а не стрелял потому, что решил взять живым. Шакалье отродье, будь проклято ваше племя. Тадаев развернулся на бегу, увидел приближающуюся фигуру в камуфлированном комбинезоне. Дал по нему очередь.
Капитан Шарипов ожидал подобного маневра бандита, резко рванувшись на склон балки за мгновение до того, как Тадаев нажал на спусковой крючок.
– Допрыгался, архар? Сбежать хотел? От кого сбежать?
Прапорщик нагнулся и сорвал с рубахи Тадаева майорские погоны, пообещав:
– Теперь ты, мразь, вволю параши нажрешься в камере.
Подошел Шарипов, с другого склона спустился Серегин.
– Вот и все! Тебе конец, урод!
И приказал Власенко с Серегиным тащить бандита к дороге.
– Да че мы их таскаем? То Змеелова гребаного, теперь это чмо? А не пошел бы он на хер? Пусть сам ползет, руки-то целы!
– Влас! Хватит разговоров, а? И сделай ему укол, а то воем своим всю округу на уши поднимет.
– Бля! Как надоела эта порнуха! Сами их стреляем, сами же и помощь оказываем! Такое только здесь, в Чечне, возможно! И вообще, на какой черт этот-то козел нам сдался? Одного Змеелова по горло хватит.