Капитан повысил голос:
– Влас!
Прапорщик сплюнул на землю, взглянул на Серегина:
– Ну что, Корнет? Потащили этот мешок с говном?
– Потащили!
Серегин не привык пререкаться и выполнял свою работу молча, точно исполняя приказы. Скажут подстрелить, подстрелит, прикажут тащить раненого на себе, потащит.
Шарипов же вызвал Гончарова:
– Командир! С Тадаевым порядок. Ноги перебиты, в остальном жизни ничего не угрожает, – и, посмотрев в сторону Власенко, добавил: – Разве что Влас, очень уж он злой на этого оборотня.
– Тебя понял, Рустам, выходите на дорогу, мы подберем вас.
Получив доклад от заместителя командира первой штурмовой группы, вызвал командира парашютно-десантной роты:
– Берет – 4! Я Таран!
– Слушаю, майор!
– Начинай блокирование поселка!
– Понял! Начал!
Группа спецназа с освобожденной девушкой и раненым бывшим майором, запихнутым в задний отсек милицейского «УАЗа», рядом с трупом сержанта, на двух машинах начала движение в Хатани. Въезжали в поселок, когда он уже был полностью взят под контроль десантным подразделением.
Гончаров приказал остановить переднюю машину возле бравого десантника. Открыл дверцу, протянул капитану руку:
– Рад лично познакомиться, десант!
– Взаимно, спецназ! Как понимаю, и в поселке вам работа предстоит?
– Небольшая, но неприятная.
– Могу прикрыть. У меня два отделения на «БМД» в резерве.
– Да? Ну, что ж, неплохая мысль! Пусть следуют за мной, в поселке обстановка как?
– Нормально! Если и есть где боевики, то попрятались глубоко в подвалы.
– Это и понятно. Все же десант! Ладно, поехал я. Мы еще встретимся!
– Да я за тобой с резервом.
– Смотри, тебе видней.
Колонна из двух «УАЗов» в сопровождении боевых машин десанта с крепкими парнями в тельняшках и беретах на броне подошла к дому Тадаева. Вывели всю семью оборотня-майора. Женщины и указали место схрона, где держал, насиловал, убивал и хоронил свои жертвы Мовлади Тадаев.
"Но это уже не касалось Гончарова.
Вызванный им вертолет приземлился на окраине поселка.