Поверхность горных озер похожа на отполированное зеркало, отражающее величественные горные вершины, окутанных мраком.
Темные силуэты вечнозеленых деревьев на склонах словно застыли в ночной тиши. Лишь время от времени их кроны шелестят под дуновением прохладного ночного ветра.
От этого всего веет чем-то очень родным, чем-то, по чему я долго скучала. И сейчас во мне словно появляется какое-то новое ощущение, молодым ростком пробивающееся в груди. Шанс на искупление?
Грон не задерживается надолго над этим удивительным местом, он показывает лишь мельком.
Потом он показывает настоящий полет. Дерзкий, стремительный, похожий на американские горки. Но самое главное, я чувствую себя в безопасности: я доверяю Грону. Настолько, что в какой-то момент отпускаю руки и закрываю глаза, отдавая себя полету.
Словно у меня выросли крылья, о которых я мечтала. Словно вот так и должно быть. Словно это — только начало.
«От тебя зависит», — отрешенно произносит голос в голове, и именно в этот момент он кажется важным, а я готова сделать все, что он скажет.
Когда Грон опускает крыло, чтобы я спустилась с его спины, меня все еще немного покачивает, поэтому я иду неровно, пару раз спотыкаюсь. Зато на губах улыбка, а в голове — легкость.
— Спасибо, — поворачиваюсь я к дракону.
«Мне было в радость», — склоняет голову он.
— С тобой просто, Грон…
«Вы сами создаете сложности», — рычит дракон, взмахивает крыльями и взмывает в небо, а я еще долго слежу за удаляющейся точкой.
Нортон не выспится к утру. Как и я. Только у меня останется эта прекрасная ночь, а у него… Мне просто нужно время.
Просыпаюсь я все с той же мыслью: мне просто нужно время. А его у меня становится все меньше и меньше. Шрам стал практически совсем не заметен, потихоньку меняются черты лица."
"Поэтому я достаю косметику, которую взяла у Виллении в обмен на заступничество. К сожалению, она оказалась не любительницей плотного и обильного мейкапа, так что мне приходится довольствоваться лишь пудрой и немного румянами.
Видок у меня получается тот еще «кокетливый», зато точно не заметно, что шрам побелел. Но это долго проблему не решит. Поэтому раздав все указания на кухне, я забегаю к Мери, которой целители на пару дней прописали строгий постельный режим.
— Привет, — я ставлю на столик у ее кровати чашку с ароматным чаем и булочку, которую с утра уже успела испечь Орта. — Как ты?
— Я устала, — подняв брови домиком, произнесла Мери.