Мне тоже любопытно, в чем там меня теперь подозревают таком.
Орта собирается действительно ставить кипятиться воду, но я кладу ей руку на плечо, не давая подняться, а сама магией разжигаю огонь и вешаю котелок. Не хватало еще, чтобы она только-только выкарабкавшись, свалилась обратно.
— Прости, но мне действительно интересно, что такого в умении делать тыквенный суп?
— Недаром тыква у нас зовется драконовой ягодой, Айтина, — говорит Орта, удивляясь, что я спрашиваю. — Неужели у вас не знают об этом? Она поддается только тем, кто связан с драконами.
Я возвращаюсь на скамью за стол и хмуро смотрю на Орту. Не хватало еще, чтобы меня этот факт как-то выдал: уже и сбежала, и внешность поменяла, погореть на тыкве как минимум стыдно!
— Это аристократки могут похвастаться тем, что они Избранные… Им драконова ягода поддается, это давно известно. А нам, простым девкам, чтобы приручить тыкву только один путь. Да не самый веселый, — Орта сцепляет пальцы в замок перед собой и пристально рассматривает руки.
Приходит пора снова покопаться в воспоминаниях Ариеллы, что же там за путь, связывающий с драконами и в чем меня теперь подозревает Орта. И… мне вариант как-то вот совсем не по душе оказывается.
Эти невыносимые драконы, которые из списков выбирают себе жен и со спокойной совестью содержат любовниц, оказывается, имеют право на еще одну очень любопытную вещь.
Порой, когда их магический потенциал оказывается слишком низким, скорее даже критически низким, они могут восполнить его за счет… ночи с невинной магически одаренной девушкой.
И то есть сейчас Орта думает, что я, то есть Ариелла, когда-то переспала с драконом⁈ Тогда, по мнению Гора, совершенно логично, что муж, которого не предупредили о том, что невеста уже не девица, озверел.
Ох… етишкин кот! И что я теперь должна сказать на это? Да, вы правы, я с драконом шпили-вили, теперь я изгой?
— Но я тебя ни в чем не виню, — Орта выводит меня из раздумий тем, что касается своими суховатыми пальцами моей руки.
Так-то да… Сегодня я имела возможность видеть дракона в деле: когда он прилетел, победа оказалась очевидной. Но когда девчонкам против желания приходится ложиться под незнакомого мужчину, — это такая себе радость.