— О, не беспокойся, — тихо отвечает он, так, чтобы только я могла слышать. — У нас вся ночь впереди.
Я сжимаю челюсти в ответ на его двусмысленное замечание и с еще большим упорством отыскиваю колючки в матрасе.
— Знаешь, — продолжает почти шепотом дракон, — если ты хотела избавиться от моего соседства, могла просто попросить. Но раз уж ты выбрала такой… творческий подход… — он делает паузу, — то я, пожалуй, останусь в этой комнате."
"Нортон подходит ближе. В тусклом свете свечи я вижу, как играют мышцы на его обнаженной спине, когда он наклоняется над кроватью, доставая оттуда еще одну горсть колючек.
— Кстати, — как бы между прочим говорит он, — а ты знаешь, что драконы прекрасно чувствуют запахи? И я, например, отчетливо различаю твой аромат на этих колючках.
Я замираю. Об этом я как-то не подумала.
— И что теперь? — спрашиваю с усмешкой. — Мне выдвинут обвинения в покушении на генерала?
Нортон выпрямляется и поворачивается ко мне.
— Зачем же? Слишком любопытно узнать, что ты придумаешь дальше.
От его близости по спине бегут мурашки. Я резко оборачиваюсь, оказываясь нос к носу с Нортоном.
От неожиданности делаю глубокий, судорожный вдох, и чувствую, как легкие наполняет его чуть острый, терпкий аромат. Черт, как же он пахнет! Ну не может быть, чтобы кто-то пах так до головокружения мужественно!
— А может, все же переселитесь в другую комнату? — делаю последнюю попытку.
Мне и до этого было некомфортно понимание того, что он за стеной, и это повышает шансы быть раскрытой. А теперь я еще и навлекла на себя лишнее внимание. Какая же я глупая!
Поджимаю губы и сжимаю кулаки, так что колючки в руке впиваются в кожу. Я ойкаю от боли. Он качает головой и раскрывает кулак, проводя пальцами по ладони. Еле прикасаясь, почти ласково, и боль проходит.
— Нет уж, теперь я точно остаюсь. К тому же… — он наклоняется ближе, понижая голос, — мне нравится наблюдать за тем, как ты злишься.
Я прищуриваюсь, чувствуя, как внутри закипает возмущение. Ну погоди, дракон!
— Готово, — сухо говорю я, показывая собранные колючки. — Теперь можете спать спокойно.
По довольной ухмылке Нортона я понимаю: он прекрасно знает, что победил. По крайней мере, пока.
Спешно покидаю его комнату, чувствуя, как горят щеки. Кажется, я только что сделала все еще хуже.