Перегрин

— Значит, германцы сильнее римлян? — задал уточняющий вопрос Петр.

— Они намного моложе, поэтому придет время, когда римляне станут старыми и дряхлыми и проиграют зрелым и сильным германцам, которые захватят Рим и начнут собирать дань с бывших своих завоевателей, — предрек я.

— Хотел бы я дожить до этого времени! — мечтательно произнес Перт.

— Увы, случится это через несколько веков, — сказал я, — а в ближайшие годы римляне, иногда проигрывая и отступая, будут всё дальше и дальше отодвигать границы своей империи, подчиняя соседние народы.

— Жаль! — воскликнул галл.

— Когда-нибудь твои потомки пожалеют, что некому остановить наступление германцев, — пованговал я.

На этом и закончил «пятиминутку ненависти». Поворочавшись немного, я все-таки отрубился. Проспал вроде бы всего-ничего, но, когда меня разбудили, солнце уже взошло.

— Лодка плывет, — сказал часовой, растолкавший меня.

Это была большая шестивесельная лодка с мачтой под прямой парус, пока не поставленный. На каждом весле сидело по гребцу.

Седьмой член экипажа управлял рулевым веслом. Судя по лохматым темно-русым головам без головных уборов, это аборигены, скорее всего, из какого-то кельтского племени. Был отлив, поэтому лодка, придерживаясь середины русла, неслась вниз по течению. В нашем распоряжении была минута или чуть больше.

— Быстро вытаскиваем две лодки на воду, идем на абордаж! — отдал я приказ.

Разбившись на две четверки, галлы стремительно вытолкали две плоскодонки на чистую воду, где, взяв меня на борт передней и разогнав обе на мелководье, запрыгнули в них.

Еще два дня назад мы изготовили шесты, чтобы отталкиваться на мелководье, и короткие весла. Впрочем, долго грести нам не потребовалось. Добыча сама неслась прямо в руки. Рулевой заметил нас и что-то крикнул гребцам. Те подняли весла и завертели головами, оглядываясь. Если бы они это не сделали, то успели бы проскочить у нас по носу. Впрочем, прикинув, что силы примерно равны, аборигены решили дать бой. Гребцы, положив весла на дно лодки, взяли дротики со сравнительно толстыми древками и длинными наконечниками. Рулевой повернул лодку в сторону моей, рассчитывая, видимо, расправиться с нами по очереди.

Моя первая стрела попала ему в живот. Увернуться у сидящего шансов мало. Вторая стрела нашла аборигена с правого, дальнего от нас борта. От следующих двух они сумели уклониться, но потом дистанция стала так мала, что три стрелы не просто нашли свои цели, но и прошили их насквозь и полетели дальше.