В отличие от кагэбэшной мрази, проконсул не заставил повторять несколько раз в надежде, что забуду сказанное ранее и выдам себя.
— За что тебя наградили? — дослушав меня, спросил Квинт Сервилий Цепион.
Я пришел к нему с наградами, чтобы мой рассказ выглядел правдоподобнее. Стараясь не сильно преувеличивать, рассказал о своих подвигах в Африке.
— Значит, это о тебе рассказывал мне свояк, — сказал он.
Ганнон Стритан предупредил меня, что Квинт Сервилий Цепион женат на сестре Квинта Цецилия Метелла и входит в так называемую фракцию «Метеллов» в сенате, чтобы я не ляпнул ненароком что-нибудь плохое о Неподкупном.
— Он все еще воюет в Африке? — закончив рассказ, поинтересовался я.
— Нет, этот засранец, Гай Марий, подсидел Квинта, но не смог отобрать у него триумф и агномен «Нумидийский», — сообщил Квинт Сервилий Цепион.
— Жаль! — сказал я. — Надеялся еще повоевать под его командованием, проявить себя и получить в награду, как он обещал, римское гражданство.
— То, что ты не последовал примеру этого труса Гая Попиллия Лената, опозорившего нашу армию, тоже достойно награды.
— Сочту за честь воевать под командованием такого мужественного полководца! — лизнул я в ответ.
— Завтра я отплываю в Гадес, передам дела сменщику, после чего отправлюсь в Рим, где меня ждет триумф за победу над лузитанами, — похвастался он. — Тебя и твоих людей с сегодняшнего дня временно зачислят в экипаж триремы.
Это было то, что мы хотели, поэтому отказываться не стали.
36
Гадес — это будущий Кадис. Сейчас существует поговорка «Дальше Кадиса пути нет», что тождественно русскому «Выше головы не прыгнешь». Имеется в виду путь на запад. О существовании Америки пока что не догадываются, по крайней мере, я ни от кого не слышал даже предположения, что дальше на запад есть суша. Все искренне верят, что океан простирается до конца плоской земли, но не могут объяснить, почему вода не стекает в пропасть.