Между телом и бортом оказывается зажатым весло, которое торчит вперед под углом. За него цепляется соседнее — и дальше к носу идет цепная реакция, гребцы сбиваются с ритма. Правая либурна, несмотря на усилия двух рулевых, которые перекладывают рулевые весла направо, резко ворочает влево и теряет ход. Вторая стрела из катапульты попадает в другого гребца левого борта, сидящего ближе к корме. В итоге правая либурна ложится почти на обратный курс.
На левой пиратской либурне не сразу замечают, что напарник временно выбыл из игры, продолжают приближаться к нам, а когда замечают, уже становится поздно.
— «Кошки»! — команду я матросам, которые стоят вдоль нашего левого борта.
Маленькие якоря цепляются за вражеский борт, после чего матросы начинают подтягивать пиратскую либурну к нашему борту. Не все идет гладко — двое падают, убитые вражескими стрелами. Доспехов на матросах нет и следить за врагами некогда, работают Стреляют с бака, где собралась самые, видимо, отважные.
— «Ворон»! — командую я.
Острый тяжелый железный клюв падает, с треском впившись в деревянную палубу на корме. Стоявшие там пираты испуганно отскакивают, а потом выстраиваются полукругом возле его оконечности, готовясь встретить нас. Почти все в кольчугах и железных шлемах. Видимо, местные авторитеты, поднявшиеся на морском разбое.
С саблей наготове и прикрываясь легионерским щитом, я первым пробегаю по трапу «ворона». Кто-то из пиратов пытается столкнуть меня в воду коротким, метра полтора, копьем. Я чувствую толчки и слышу скрежет железного наконечника по железной полосе щита. Первым делом отбиваю саблей копье пирата, стоявшего справа от «ворона» и вторым ударом, коротким и резким, рассекаю ему правую руку ниже короткого рукава кольчуги.