"
"Подарив часы Хасан-беку, Савелий ""включил"" свой внутренний будильник и, осторожно поглядывая по сторонам, приблизился к часовому, которого снял без проблем; тот, как по заказу, стоял на одном месте, опираясь на автомат и не прислушиваясь к звукам ночи, бормотал себе под нос какую-то восточную мелодию. Савелий неслышно подошел к часовому сзади и, коротко размахнувшись, нанес ему удар ребром ладони под основание черепа. Подхватив мгновенно обмякшее тело, Савелий опустил его на землю и для верности проверил дыхание: часовой был мертв и уже не представлял опасности.
Оттащив тело подальше в темноту, Савелий вернулся к штабу, затем вытащил из нагрудного кармана миниатюрный, размером с шариковую ручку, но достаточно яркий фонарик, вошел в дом и осторожно осмотрел все двери, выходящие в небольшой коридорчик, где он находился. За одной из них он увидел еще одного моджахеда. Тот спал - видимо, это был напарник часового, который должен был охранять штаб изнутри. Савелий избавился от него единственным мощным ударом пальца в одну из многочисленных смертельных точек у человека.
После чего отыскал канцелярию штаба и, убедившись в том, что в ней никого нет, бегло осмотрел ее. Узкий направленный луч света быстро пробежал по столам, заваленным картами и документами. Савелий покопался в бумагах, выбрал наиболее интересные и запихнул в рюкзак.
Чтобы добыть инструктора, понадобилось времени чуть побольше. Савелий знал, что ему придется тащить ""языка"" на себе, и поэтому не хотел, чтобы ""его"" инструктор оказался крупным детиной под метр девяносто и под сто килограммов весом.
Савелий, по своему старому опыту спецназовца, помнил, что, как правило, инструкторы бывают двух типов: здоровые амбалы, которые учат солдат рукопашному бою, физической подготовке, умению выживать, и обычные с виду мужики, обучающие владению техникой, минированию, умению работать с рациями, теории и практике диверсий.
Как правило, инструкторы второго типа были умнее и осведомленнее, чем первого. А значит, и более ценны в качестве ""языка"".