– О чем бы ты ни рассказал Эндрю, со мной он этим не делился и не поделится. Но если ты, как мы подумали с самого начала, похож на нас, возможно, однажды ты тоже увидишь во мне друга. Все мы здесь потому, что у нас проблемы. Это не значит, что наши проблемы одинаковы. Дэн и Мэтт пытаются прочувствовать, что мне пришлось испытать, но в полной мере все равно не смогут. Эндрю понимает меня, а я – его. Когда знаешь, что кто-то еще пережил подобный опыт, становится легче. Если Эндрю или я можем тебе помочь, пожалуйста, имей в виду: мы рядом.
Нил молчал; он просто не мог выдавить ни слова. Слишком многое требовалось обдумать и осознать. Он хотел расспросить Рене про судебный процесс, про то, каково это – давать показания. Ему нужно было знать, каким образом суд обеспечил ей защиту и стоило ли оно того. Если весной он собирается пойти в ФБР и сдать отца, нужно хотя бы представлять, во что он ввязывается. Правда, в этом случае он получит слишком много ответов, переварить которые за сегодняшний день просто не сможет.
Его затянувшееся молчание не вызвало у Рене ни удивления, ни досады. Она дала ему минутку собраться с мыслями, а потом кивнула и сменила тему – с такой легкостью, что у Нила на миг закружилась голова."
"– Ну, раз я удовлетворила твое любопытство, может, поможешь мне? Хочу услышать мужское мнение по поводу подарков Аарону и Эндрю. Ко дню рождения, – пояснила она, заметив недоуменное выражение Нила. – В прошлом году близнецы его не праздновали.
– Наверное, – согласился Нил.
Рене его вялый ответ вполне устроил; она показала на ближайшую полку.
– Думаю, надо подарить что-нибудь практичное. Как по-твоему?
Им пришлось обойти два магазина и потратить почти полчаса, прежде чем Рене наконец нашла, что хотела.