Залипаю взглядом… Пониже пупка несколько тонких белых шрамиков, похожих на косички.
— Кровоизлияний нет, — констатирует врач. — В больницу поедем?
— Нет! — поднимается она, стирая с живота салфеткой медицинский гель. — Уже все в порядке.
Омоновец приносит ее слегка помятую туфельку. Затоптали… Главное, что не её.
— Выговор, лейтенант Владо, — присаживаюсь к ней на носилки, доставая сигарету. — За каким чертом ты полезла в толпу?
— Боялась опоздать… — опускает она взгляд.
— Вот дура…
Глава 19
Личная зона
ВикторУсадив на свое кресло, отдаю ей пакет со льдом, принесенный дежурным.
— Ты что, не понимаешь, что такое толпа? — выговариваю я. — Ты инструкции забыла? Хотя если так часто биться головой, не только инструкции забудешь! И спарринги отмени. Последние мозги отобьют!
Не пытаясь спорить, со вниманием следит за мной взглядом.
— И не надо так преданно на меня смотреть! Пока что выговор тебе устный.
— Я поняла.
— «Товарищ полковник».
— Что?… А. Да, товарищ полковник.
— Тошнит?
— Еще не поняла.
Обхожу сзади и…
У каждой женщины барьер и зона ее личного пространства ощущаются по-разному. И, в зависимости от того, как ты это ощущаешь, тебе или очень просто прикоснуться и взять от нее все, что тебе заблагорассудится, либо практически невозможно. Вот у некоторых восточных женщин этот барьер — как гранитная стена, ты просто не можешь позволить себе прикоснуться.
Инстинкты говорят — нельзя. Не примет. Но я ломаю их! Хочу прикоснуться и ощутить ее еще раз.
Веду пальцами по косе как завороженный. До тела прикоснуться в разы сложнее.
Убирает от затылка пакет со льдом. Настороженно пытается повернуться.
— Сиди ровно.
Пытаюсь спрятать за грубоватым командным тоном настоящие эмоции. Стягиваю резинку, расплетаю косу, глубоко вдыхая ее тут же обостряющийся запах.
По чистой случайности у всех моих женщин волосы всегда были короткие. И у Елены тоже короткая стрижка во французском стиле.