Только Погодин ничего мне по этому поводу не высказал, он, как человек служивый, все понимал.
У него и самого теперь времени было в обрез. После работы в группе Горохова начальство, наконец, его приметило и нагрузило по полной настоящей работой, освободив от обязанностей “секретарши”.
— Спасибо тебе, Андрюха, что в люди помог мне выбиться, — с усмешкой сказал он мне при встрече, — вот только без выходных теперь иногда вкалываю. Особенно когда закрытие месяца или квартала, а спрашивают с меня как с целого капитана.
Но по глазам было понятно, что это только для разговора сказано — взгляд у него теперь был куда увереннее и острее. Приятно смотреть.
— Не ной, Федя, — похлопал я друга по плечу. — Ты знал, куда идешь. Даст Бог, скоро напарниками с тобой будем. Отучусь и в УВД наш по распределению приду.
— Так иди уже сейчас! В вашей школе, конечно, оперативников готовят, но ты сам кого хочешь научить можешь. Тяжко мне без тебя. Думать много приходится.
— Думай, Федя, думай.
— Я и так много думаю в последнее время. А скоро за троих пахать придется. Разнарядка в управление пришла. Тридцать человек забирают на месяц в Москву летом. Олимпиаду охранять, чтоб ей пусто было. И соревнований-то на две недели с хвостом, но забирают на месяц. Сказали, что милиционеров учить будут с иностранцами управляться.
— Ну это ты, Федя загнул. По территории мы конечно, почти полмира, а вот по численности населения — буржуйский английский сейчас в почете. Это еще скажи спасибо, что китайцев пока мало. Чувствую, скоро все китайский язык будем учить.
"— Не-е… Китайцы, хоть и коммунисты, но страна у них отсталая. Технологий нет и промышленность зачаточная. Рис да бананы. Не думаю, что когда-нибудь это изменится. Если только СССР не поможет. Да фиг с ними, с китайцами. Я тут одно дело хитрое раскрыл, — Федя вдруг выпучил глаза. — Представляешь! Квартира сгорела у директора мясокомбината. Похоже было на несчастный случай. Будто проводку замкнуло. Только наблюдалась одна интересная нестыковочка.