— Здравствуйте. Вы звоните Ксении Савельевой? — раздается женский голос, и если бы не странный вопрос, решил бы, что это мама. Похоже очень.
— Да, что происходит? Где Ксюха?
— Не волнуйтесь, с Ксенией все в порядке. Я её лечащий врач. Она упала в обморок, и я не хотела бы оставлять ее одну, потому что, когда очнётся, будет слабость. Если вы близко знакомы, может, подъедете? Или знаете, кто может приехать прямо сейчас.
— Скоро буду."
"Я не вижу ни черта. Мне плевать на всё. На переходы, на цвет светофора, на штрафы и даже собственную жизнь.
В голове только две информации: «Ксю без сознания» и номер кабинета на втором этаже.
Перед глазами проносятся самые нерадужные картинки, которые я безуспешно пытаюсь от себя отогнать. Она болела? Почему молчала? Что вообще, блядь, происходит.
Прилетаю через минуту, бегу по коридорам в двадцать шестой кабинет отмахнувшись от злой медсестры, которая требует снять верхнюю одежду и натянуть бахилы.
Врываюсь без стука, вижу Ксюху, и сердце замирает. Лежит, бледная, мелкая такая, как будто я в семье старший, а не она. Но доктор вроде спокойна, поэтому пытаюсь не паниковать. Усаживаюсь рядом, глажу все ещё спящую Ксюху по волосам и вижу, как доктор достает из шкафчика ватку и пузырек. Ну неужели.
— Не волнуйтесь вы так, все в порядке. Вот, дайте ей понюхать.
Ксю очухивается сразу, как только подношу нашатырь к носу, но встать ей не даю.
Все ещё ни черта не понимаю, а когда доктор спрашивает, не я ли папа, запутываюсь ещё сильнее. Какой папа? Ксюхи?
— Нет, это мой брат, — сеструха смотрит на меня со странной улыбкой. Головой не ударялась, когда падала? — Тём, я беременна.
Ёп. Твою. Мать.
Охуеть. Это просто… Что?
Она от этого сознание потеряла? Ну, в целом это лучший из вариантов, которые вертелись в башке, пока я ехал.
Они что-то говорят, записывают, а я вообще прийти в себя не могу. Моя Ксюха беременна. Это ж… Да с ума сойти! Я не могу понять свои эмоции, но это просто какой-то полный звездец. В хорошем смысле, конечно.
Врач оставляет нас одних, мы немного болтаем с Ксюхой, и путем нехитрых вопросов оказывается, что ребенок от мужа, что уже хорошо, и что первым о событии узнал я. Вот это уже очень приятно. Этим можно гордиться? Я буду.