Что угодно сделаю, потому что всего второй день без нее, а у меня уже челюсти сводит, так выть от одиночества хочется.
Знаю же, что любит. Вижу. Не смотрят так, как она на меня, когда о бывших думают. Не бывает такого. Она взаимностью мне ответила только когда окончательно втрескалась, я не верю, что так быстро разлюбить смогла. Нужно просто достучаться до нее, а дальше уже разберемся.
Желания на пары идти нет вообще, но надо, я же вчера свалил. Нас тут юристов половина команды, и так постоянно то на играх, то на сборах, преподы терпеть нас не могут.
— Колос, не спи, замёрзнешь, — говорит Сава, подходя ко мне на крыльцо. — Ты чё, эй. Порядок?
— Да он минут десять уже так залипает, — говорит Влад, тоже из команды, вратарь. — А ты чё такой довольный, Сава? Ночка хорошая была?
Парни ржут, а Сава как-то странно головой ведёт.
— Круче, — отвечает Тёмыч, — вчера был у тренера…
— Тебя в команду вернули?!
Все парни ждали, когда вернётся капитан. Мы даже нового не выбирали, потому что наш капитан уже долгое время Сава и другого нам не надо. Он умеет всех настроить как нужно, по шее дать, если есть за что. За нового не голосовали, потому что все знали, что Сава вернётся быстро.
— Ага, в детскую, — ржет Савельев. — Тренером буду, мужики! Утром бегал бумажки подписывал, так что я теперь Артём Станиславович, тренер детской хоккейной команды.
— Артём Станиславович, а корона-то не жмёт?
Мужики ржут, а я тихо радуюсь за друга. Он заслужил, правда. Только меня на веселье вообще не тянет, как телка какая-то сопливая.
— Чё случилось, Колос? Ты из-за блондиночки все своей убиваешься?
— Да дерьмо одно, — киваю. От Савы нет смысла скрывать, да и не скрываю никогда. Сто лет дружим, все друг о друге знаем. — Трубку не берет, не отвечает, даже на пары не ходит. Поеду к ней сегодня, заебало в неизвестности ходить.
— Вы влюбленные такие странные, — ржет Сава.
— Иди нахер.