Иными словами — это идеальное оружие, созданное специально для противостояния таким духам, как мудрейший Кенатаин.
Хаджар нисколько не удивился тому факту, что старик знал имя духа. В конце концов он прожил здесь явно не один десяток веков. Если не сотню.
— То есть то правило, что использовал Дух Сумеречных Гор могли использовать и фанатики?
Этейлен помотал головой в отрицательном жесте.
— Правила находится за границами понимания большинства адептов, юный генерал. Даже среди бессмертных. Лишь каждый третий из них обладает знанием и силой, чтобы создать свое правило.
Хаджар подозревал это. Та бессмертная обезьяна, Кань’Дун, которая едва не стала причиной смерти Хаджара и Летеи в аномалии, не обладала силой правила. И что-то подсказывало генералу, что именно за этим она туда и направилась.
Иными словами — никто из старейшин не собирался становиться бессмертным, потому что без правила они не видели в этом для себя особого смысла. Их тела и души уже слишком ослабли, чтобы выдержать испытание Небес и Земли.
С другой стороны…
Хаджар покосился на Эдена. Глава секты не был стар — скорее ощутимо младше Абрахама. И при этом он находился на пике силы смертного региона Безымянного Мира. Более того — обладал правилом. Так по какой причине Эден, Опаленные Крылья, все еще оставался смертным? Неужели власть над могущественнейшей сектой (ну, может и не самой могущественной, учитывая, что Орден Ворона, даже не в полном своем составе, смог запереть секту в замке) настолько манила его, что Эден отказался от амбиций и остался смертным?
Нет, звучит глупо.
Ни один адепт, не обладающий амбициями становиться все сильнее и сильнее, познавать больше тайн и мистерий, открывать новые секреты Безымянного Мира не смог бы добраться до уровня даже Безымянного, не говоря уже о Небесном Императоре.
Значит что-то держало Эдена на месте.
Что-то такое…
Что-то такое, что могло заставить Воронов высунуться из своего гнезда, а Абрахама начать выкладывать свои козыри на стол.
Что же, Высокое Небо и Вечерние Звезды, они притащили из той аномалии?
— Генерал?
Хаджар дернулся и посмотрел на пресловутого Шенси.