Нельзя столько шальной информации вываливать на голодного, сходящего с ума от новых эмоций мужчину.
А ещё… Нельзя МарьИванну одну оставлять. Ни на неделю, ни на день. Кто-то да объявится на горизонте. Ещё бы! Есть же такое суждение, что когда за женщиной начинает ухаживать мужчина, вокруг неё начинают виться другие. У мужиков активируется некий внутренний ресурс, и им становится важно заполучить именно ту женщину, к которой проявляют интерес другие.
Ничего… Ничего… Всех разгонит нахрен!
Приличных слов в арсенале Ильи Николаевича становилось всё меньше.
Она снова прервала поцелуй, сильнее заёрзав. Точно у кого-то шило в попе. Илья не удержался и сжал бедро Марфы, сдвинув её чуть выше. Прямо на пах.
Глаза несносной училки, которая уже от него никуда не денется, широко распахнулись. Губы, смятые им, покусанные — тоже.
Марфа попыталась сползти назад.
— А ты?
— Что я?
Марфа легко толкнула его в плечо.
— Ты с кем ходил на свидания? Признавайся… Я пойму, Илья. Честно. Мы же расстались. Точнее, ты просто уехал… Между нами не было никаких обязательств, но…
— Ни с кем, — прервал он её сумбурную речь.
Хотел подколоть, что для училки она слишком часто сбивается, но язык прикусил. Не время для подтруниваний. Она говорит! Общается! Спрашивает!
Откликается…
У него голова шла кругом.
Он ехал к Марфе с твёрдым намерением объясниться.
Решение далось ему легко. Это было правильно. Так и должно быть.
— Совсем-совсем ни с кем? — изменившимся тоном уточнила Марфа.
На шее у неё сильнее забилась жилка, к которой тотчас захотелось прикоснуться. Илья не удержался от искушения.
Он получил добро на прикосновения. Негласное, но неоспоримое.
Кожа Марфы — настоящий шёлк. Искушение, перед которым он не мог устоять. И не собирался больше сопротивляться соблазну.
"— Единственная особа, которая занимала мозг и другие части тела, находилась далековато от меня. Другие девушки меня не интересуют.
Он собирался продолжить, когда услышал звук подъезжающей машины. Услышала его и Марфа. Воспользовавшись его заминкой, соскользнула с колен и быстро поправила одежду.
— Это такси. Бабушка вернулась из магазина.
Рано…
Илья поднялся.
— Я посмотрю.
— Зачем? Говорю же, это ба.