Турисов и вино достал. Демонстративно указал на нолик на этикетке. Я вздохнула и зачем-то спросила:
— А сам ты тоже будешь пить безалкогольное?
Мне же нет никакого дела до его предпочтений!
Илья Николаевич недобро усмехнулся.
— Могу и что-то покрепче. Но вдруг тоже начну буянить?..
Кровь всё-таки прилила к моим щекам.
— Я не буянила.
— Как посмотреть.
— Могу повторить. На бис, если очень сильно попросите. Только уже не пиво выпью, а чего покрепче.
Зря я это сказала.
К тому времени я уже сидела на диване.
Илья подошёл ко мне и навис, расставив руки по обе стороны от моих плеч.
— Можно и повторить. В этом случае я не услышу твоё «нет, туда нельзя», Марфа.
Гад. Как есть. И голос изменил даже. Немного резко говорил, даже угрожающе.
С чего бы это?
Точно предупреждал и заботился, как… о своей девушке.
Ужин оказался вкусным. Я отдала ему должное. Иногда, когда сильно волновалась, начинала есть куда больше, чем требовалась. Сегодня я волновалась.
Вроде бы уже знала, чем закончится вечер.
Заняла место в углу дивана. Подальше от Турисова. Ноги поджала под себя.
— Будь твоя воля, МарьИванна, на подлокотник бы залезла? — сыронизировал Илья Николаевич.
— Была бы моя воля, не сидела бы тут вообще.
Где-то на середине фильма, когда я почти абстрагировалась от ощущения близости чужого тела, и мне удалось всё-таки сосредоточиться на том, что транслировалось с плазмы, я услышала:
— Поцелуй меня.
Я сразу поняла, о чём Турисов.
Потому что ждала…
Знала, что долг он с меня стребует.
Внезапно что-то разволновалась.
Подумаешь, поцелуй! Что такого? Разве я не целовалась? Целовалась, и не один раз.
Илья Николаевич повернулся ко мне вполоборота, вытянул руку вдоль спинки дивана. Ладно, чёрт с тобой… Мы и поинтереснее вещи делаем в спальне.
Почему поцелуй я воспринимала как нечто интимное? Просто прикосновение губ… Кто в нашем мире придаёт ему значение? Да на него давно не обращают внимания. Подумаешь…
А я не могла. Для меня поцелуй — нечто глубокое.
Турисов навис надо мной. Когда он успел приблизиться? Мне ничего не оставалось делать, как потянуться к нему. Если он думает, что будет «с языком, глубоко и чувственно» — фигушки ему. Я тоже настырная и упрямая, из той категории, что «отморожу уши назло маме».
Что-то смущало меня. В разрезе данного мгновения.