– Где дядя, Карлос?
Ответа я не услышала, потому что в ушах зазвенело. Плюнув на всё, Карлос подхватил меня на руки и побежал прочь. Периодически, когда я находила силы, приоткрывала глаза, и видела, что Карлос стреляет в паучат из того самого пистолета, с которого он когда-то убил инквизитора, который охотился за мной.
Последнее, что я увидела – огромный серебряный дракон нападал на паучиху, а она стискивала его крылья липкой сетью. Потом мне стало совсем холодно, и мир резко потемнел.
Глава 27. Тайна Господина Пушистика
Я очнулась и увидела перед собой белый потолок.
Но вдруг передо мной появилась наглая белая морда с красивейшими голубыми глазами-сапфирами.
– Вот ты и очнулась, – довольно промурлыкал Господин Пушистик, тыкаясь розовым носом в мой подбородок. – Я так ждал.
– Что случилось? – мой голос звучал хрипло, в горле пересохло.
– В главной городской больнице Мадрида, – кот принялся мять меня лапками, причиняя некоторый дискомфорт.
– Что произошло?
Мысли путались. Хорошо я запомнила лишь боль, обжигающую нутро, и тошноту. Ах да… ещё то, что мне хотели отрубить голову мечом.
– Дай-ка вспомнить. Алиссия превратилась в паучиху, воззвав к своей языческой тёмной богине, и пыталась убить всех, кто стал свидетелем и виновником её погибели. В особенности тебя.
– В паучиху? – я приподнялась, садясь через силу на кровати, протянула руку и взяла с тумбы стакан с водой.
– Вовсе нет. Сама понимаешь, неспроста у неё были эти способности, высасывающие жизнь. Она продала душу злой богине, а та взамен наделила её силами, которые помогли ей взобраться так высоко.
Я сделала глоток воды, а затем вспомнила нити, которыми свекровь окутывала меня словно паутиной. И правда ведь паучиха.
– Почуяв скорую погибель, она воззвала к богине и потеряла человеческий облик.
– Всего тридцать? – ужаснулась я. – Целых тридцать! А ещё императрицу. Кто же пострадал? Говори скорее.
– Не переживай, все твои знакомые живы. Барон, Карлос, Клэр… они в порядке. Погребение Беатрисы прошло буквально на днях.
– А что с Алиссией?
– Герцог убил её. С ним тоже всё хорошо.
– Ужас… как бы там ни было, Маркос считал Алиссию своей матерью всю жизнь. Даже не представляю через что ему пришлось пройти.