– А, правда, зачем так крепко сделал?
Аркадий забормотал:
– Думал, лучше подействует, понадежней…
– Пожирней, погуще, – вздохнула я.
– Надо же быть таким кретином, – кипятилась Маруся, – если врач прописывает таблетки, ты что, сразу сто штук глотаешь?
– Скажешь тоже, – принялся отбиваться Кеша, – то лекарство, а это дрянь какая-то, марганцовка!
– Ну по твоей логике следует разом все пилюли сожрать, – пыхтела Маня, – знаешь старую истину – в ложке лекарство, а в чашке яд!
– Что делать теперь? – решила я направить разговор в позитивное русло.
– Сам пройдет недели через две, – резюмировала Маня, – раньше и надеяться не стоит.
Зайка метнула в муженька гневный взгляд. Если бы взор был способен убить, от Кешки осталась бы маленькая кучка золы!
– Ужинать идите, – донеслось снизу.
Мы с Маней поспешили на зов. Ольга простонала:
– Есть не могу, больно очень.
– Во всем плохом есть что-то хорошее, – заявила Маня, – представляешь, сколько килограмм скинешь!
Моя невестка, если смотреть на нее сбоку, не толще лезвия ножа.
В столовой мы чинно уселись вокруг изумительно пахнущего кролика. Но не успела Таня спросить у Маруси, какую часть положить ей на тарелку, как в комнату вошла незнакомая девочка.
Блестящие, красиво переливающиеся волосы ребенка были подстрижены «под пажа». Густая, завитая челка скрывала лоб. Очевидно, девочка страдала близорукостью, так как на лице у нее красовались элегантные, большие, слегка затемненные очки. Аккуратную фигурку обтягивал свитерок, а коротенькая юбочка открывала стройные длинные ножки, засунутые в элегантные ботиночки на довольно высоких каблуках.