Нет, следовало остаться во что бы то ни стало, причем не на один день.
– Ну, надеюсь, хоть ты заночуешь! – воскликнула Танюша.
Я секунду помялась и сообщила:
– С удовольствием, потому что, видишь ли, просто некуда сейчас ехать.
– Что случилось? – изумилась Иванова. – Зоя говорила, вроде у тебя шикарный дом в Ложкино, чудесные дети…
Подивившись про себя удивительной осведомленности Лазаревой, с которой мы не встречались двадцать лет, я недолго думая соврала:
– Дом сгорел!
– Вот ужас, – ахнула Таня, – как это случилось?"
"Я беспомощно глядела в окно.
– Живем, как и вы, в охраняемом поселке, – вдохновенно принялся болтать мой язык, – ближайший сосед – банкир Сыромятников. Кто-то из его недругов подложил в подвал дома Николая Федоровича взрывчатку. Ну и бабахнуло! Здание в клочки разлетелось! А у нас нарушен фасад, выбиты окна, сорвана крыша – словом, работы на месяц!
– Кошмар, кошмар, – твердила Танюшка, прижимая к вискам длинные аристократические пальцы.
Харитонов не солгал, она и впрямь не любила драгоценности. Изящные руки украшало только самое простое обручальное кольцо – тоненький золотой ободок.
– Люди не пострадали?
Вспомнив приветливого Николая Федоровича, его милую жену Иру, радостного сына Кирилла и кота Клауса, страстного обожателя наших кошек, я без колебания заявила:
– Слава богу, нет, успели выскочить вместе с персом.
– Где же твои дети?
– Пока в гостинице, – продолжала я путаться во вранье, – а потом в Париж поедут.
– Слушай, – заявила Таня, – завтра же перебирайтесь к нам. Открою третий этаж, и живите, сколько хотите. Нет, какая катастрофа! Нигде теперь нет покоя. Каждый день жду, что на Олега нападут!
И она стала нервно заламывать пальцы.
– Спасибо, – забубнила я, – но…
– Никаких «но», – отрезала Таня, – ладно, завтра договорим.
ГЛАВА 4
Утром меня разбудили шум работающего мотора, звук шагов и какие-то громкие голоса.
– Только не пугайся, – сказала, входя в спальню, Таня, – тут беда приключилась.
– Какая? – шепотом спросила я.