– А при том, – заорала Маня, бросаясь на обидчика, – она очень здорово лягается и кусается!
Раздался звон разбившейся чашки. Таня ухватилась за виски:
– Нет, все, ложусь в кровать, опять мигрень!
Постанывая, она вышла из комнаты.
– Сейчас же прекратите, – велела я, – как не стыдно, в конце концов, вы не дома.
– Она меня укусила, – плачущим голосом заявил Аркадий, – вот, за шею! А мне завтра в суде выступать! Явно синяк появится!
– Подумаешь, – фыркнула, чувствуя себя победительницей, Маня, – скажешь, жена в порыве страсти разошлась!
Не дожидаясь нашей реакции, она вылетела за дверь.
– Во, блин, – пробормотал Кеша, – выросла детка!
– Нечего к ребенку приматываться, – резюмировала Зайка.
– Ой, весело как, – радостно сообщила Варя, из подросткового упрямства продолжавшая есть пюре посредством пальца, – у нас никогда до сих пор так весело ужин не проходил!
– Так сколько же брать черепицы? – забормотала Ольга.
Поняв, что сейчас все начнется сначала, я тихонько выскользнула за дверь и позвала собак.
Где-то с полчаса мы погуляли в саду, а когда вернулись, из столовой неслись гневные крики. Дети никак не могли подсчитать, сколько нам понадобится черепицы. Стараясь остаться незамеченной, я проскользнула в спальню. Ну почему у других людей по вечерам тишина и покой? У нас же вечно крик, гам и скандал.
Голова гудела, и мысли путались. Думать совершенно ни о чем невозможно. Ладно, утро вечера мудренее. Забыв задернуть занавески, рухнула в кровать и мигом отбыла в царство Морфея.
Сплю крайне чутко.
Я села, потрясла головой и глянула на будильник: три часа. Сон улетучился. Включив ночник, принялась перелистывать детектив, но скоро дремота начала закрывать веки.
"До слуха долетела знакомая мелодия. Сон вновь испарился. Я опять села в кровати и затрясла головой. Звук шел из сумочки. Мобильный! Взгляд машинально отметил время – пять утра. Господи, что стряслось, а главное, с кем? Слава богу, дети дома, но, кроме родственников, есть еще тьма подруг… Если тревожат в такой час, дело серьезное.
– Алло! – чуть не закричала я.