Законы стаи

-- Ты что делаешь, балбес! – зашипела я ему прямо в ухо. – Ты сейчас напьешься и что-нибудь да ляпнешь!

Оскар жестко потер руками раскрасневшееся лицо, мрачновато глянул на меня и перестал накидываться пивом. Теперь при очередном пожелании он просто прикладывал к губам кружку, но не пил. А после того, как съел кусок курицы и вообще стал приходить в норму.

Между тем голоса разгулявшихся рыбаков звучали все громче и громче. В конце стола уже даже вспыхнула какая-то ссора, которую, громко рявкнув, погасил Маркан. Но и Оскар, и я прекрасно понимали – спокойно такие пьянки не кончаются.

Нас спасло то, что Олла, которой так уж хотелось этой самой свадьбы, внимательно наблюдала за гостями и четко выловила момент для «родительского слова».

«Родительское слово» -- это такой местный обряд, после которого молодые отправляются делать детей. Надо сказать, что я давным-давно уже дожидалась, когда закончится этот безумный день, пьянка с незнакомыми и не слишком приятными людьми, и можно будет лечь отдохнуть.

Поэтому, когда Олла, сидящая на другом торце длинного стола, встала и жестом показала, что нам тоже нужно подняться, я с облегчением выдохнула.

Мы встали, выслушали положенные родительские советы, и были отпущены с миром.

ОСКАР

Я знал, что свадьбы – это тяжело и нудно, но не ожидал, что настолько. Утром взволнованная Олла кормить нас не стала:

-- Что ты, сынок, что ты! Какой тебе завтрак?! Этак ты сам собственную судьбу заешь! Самая это верная примета!

С тоской глядя на огромные блюда с различной снедью, заполнявшие стол, я только сглотнул и облизнулся.

Соседка, тетка Хальма, которую мать взяла в помощницы для готовки, пришла около полуночи. Они втроем: мама, Хальма и еще одна болтливая тетушка всю ночь что-то резали, жарили и парили.

Выспаться у меня не получилось от слова совсем – сон без конца прерывался от звона посуды, споров женщин и трескотни болтушки. Олла шикала на нее, та ненадолго стихала, но через некоторое время все повторялось.

Когда в храме начал монотонно нудеть жрец, я еле сдерживал зевки.

К концу свадебного пира у меня оставалась только одна мечта – добраться до койки и упасть. В общем-то, так мы и сделали – догуливать будут без нас. Члены стаи явно не ограничатся остатками пива и пойдут или в трактир, или к девкам.

Когда возвращались домой, уставшая Мари спросила:

-- Интересно, куда старик подевался? Ты заметил, последние два дня он нас не ждал на дороге?

-- Да, кто его знает. – ответил я. – Может циновки кончились, может еще что.