Этот бессмысленный разговор о Болване был последним, что я запомнил со дня своей свадьбы.
Утро следующего дня началось непонятно. Олла, похоже, не ночевала дома. Проснулся я от ее голоса:
-- Светлые боги, сынок, что же вы наделали!
Я таращился на мать, ничего не понимая спросонок, а она, чуть не плача, стояла у моей кровати, прижимая к груди, стиснутые в кулачки руки. Помотал башкой, приходя в себя, протер глаза.
-- Мам, что случилось?
-- Сынок, ну как же так-то?! Когда же вы успели-то?! А как же теперь…
Я чувствовал себя полным идиотом.
-- Мам, ты чего так убиваешься-то?"
"Вчера мы даже не вспомнили, что для нас с Мари приготовлено супружеское ложе в маленькой клетушке. Как только переступили порог дома – рухнули на свои привычные места. Я – на койку на кухне, а Мари – в комнате Оллы. Она что, переживает, что мы отложили брачную ночь?
В дверях комнаты показалась заспанная лохматая Мари. Она так и застыла в проеме, лениво расчесывая волосы и слушая нашу беседу.
-- Сынок, а что же я соседям-то покажу?!
На несколько секунд я откровенно затупил, пытаясь сообразить, что ей нужно. Честно говоря, так и не понял.
-- Мам, а что именно нужно показать соседям?
Она все еще стояла в ногах моей постели, по-прежнему прижимая стиснутые кулачки к груди, и смотрела на меня с жалостью и испугом. Однако, мой вопрос сильно смутил ее. Олла отвела глаза, нервно вздохнула и даже покраснела.
-- Так сынок… Ежели ты, допустим, сильно устал вчера – так я могу сейчас уйти…
Я понял, что нифига не понимаю. Сипловатым со сна голосом Мари сказала:
-- Может я, конечно, ошибаюсь, но думаю, нужны некие доказательства, что была первая брачная ночь, – она хмыкнула.
-- В каком смысле, доказательства?
-- Да в прямом, – она с улыбкой пожала плечами. – Видел, вчера над калиткой шест приколотили?
-- Видел, конечно.
-- Олла говорила, что это для простыни. Проблема в том, что мы с тобой не позаботились эту самую простынь подготовить, – засмеялась она.
До меня медленно стало доходить, но все же ситуация казалась настолько абсурдной, что я уточнил:
-- Мама, тебе нужна простынь с пятном крови?
Совершенно багровая Олла даже не ответила, а просто молча и яростно затрясла головой, соглашаясь.
Идея посвятить соседей в нашу интимную жизнь казалась мне полным бредом. Я растерянно посмотрел на Мари, чем вызвал у нее какое-то странное раздражение.