– Да! – оживилась, перелистывая страницу. Хотела дочитать описание монстра, но не успела. Посреди комнаты вспыхнул портал и из него вышел Суарес.
ГЛАВА 27.2
Целитель держал в руках полный поднос еды, и судя по горящему решимостью взгляду меня собирались накормить любой ценой.
– Это всё мне? – хмыкнула, едва сдерживая улыбку.
– Готов составить компанию, – темнейший подошёл ближе и поставил блюдо на тумбочку, – нектар для Гортензия и мясные корзиночки для Люсьены я тоже захватил, так что можем устроить небольшой пикник.
– В комнате? – иронично изогнула бровь.
– Не вижу проблемы, в твоей спальне сейчас больше роз, чем в оранжерее, – рассмеялся целитель, окинув подарки владыки выразительным взглядом.
Перед тем, как заняться расследованием, Саиф прислал ещё пять букетов и духи расставили их вокруг кровати словно защитный контур. Если до появления темнейшего я не задумывалась, как это выглядит со стороны, то сейчас покраснела до кончиков ушей.
– Это...
– Самый оригинальный щит, который я когда-либо видел, – подмигнул мне Ортега, – но его можете оставить.
Точно... я ведь совсем забыла об осторожности!
– Прости! Я всё уберу, – смутилась и повернула блокнот так, чтобы целитель мог рассмотреть иллюстрацию. –Кстати, ты не знаешь, в какую группу входит этот монстр?
– Охотник? – брови Суареса медленно, но уверенно поползли вверх. – Эти твари уникальны и единственные в своём роде.
– А кузнечики женщины существуют? – зачем-то спросила.
– Нет. Чистокровные Охотники – истинные порождения Паутины. Как любые древние твари они, теоретически, бессмертны и после гибели физической оболочки перерождаются в её сетях, – ответил Суарес.
– Хотите сказать, их нельзя окончательно убить?! – опешил Гортензий.
– Можно, но очень сложно, – Суарес подхватил с подноса тарелку и положил на неё блинчик с творогом, – если хочешь продолжить, то за каждый вопрос будешь что-нибудь съедать, – усмехнулся, поливая десерт лавандовыми сиропом и протягивая мне.
– Нечестно! – фыркнула, принимая игру. – Последний вопрос задал Гортензий!
– Я фофласен на пытку ефой, – с набитым ртом пробубнил дух.