Кратко ввел его в курс дела о создании нашей мобильной моторизованной группы и что он теперь должен докладывать вновь созданному штабу, которым пока командует старший политрук Мурашев, отбыл к самому штабу. Там как раз бегали бойцы, создавая небольшой рабочий пятачок.
Крапивкин уже успел позаботиться о безопасности и выставил несколько постов, состоявших из одного танка и пары бойцов в охранении. Три дороги, ведущие к развилке, оказались перекрыты. Ту, что шла через лес, контролировало охранение штаба и моя «тройка».
Быков со своими орлами занялся трофейной техникой, пытаясь вернуть ее в строй. Не знаю, что у них получится, но несколько разбитых танков и самоходок они уже расчихвостили на запчасти, и одна «Прага» бодро проползла к штабу и застыла под прикрытием деревьев. Посмотрев, как из нее вылез мехвод Быкова и трусцой побежал обратно, вздохнул, дело сдвинулось с мертвой точки.
Нет, все-таки удобно быть командиром. Отдал приказы и следишь за их выполнением. На месте боя мы задержались до самой темноты, даже ночью пришлось работать.
В строй вернули два обещанных танка и самоходку. Грузовиков только три, правда кухня уцелела. Из разбитой «тройки» смогли извлечь боеприпасы и некоторые запчасти для пополнения в случае поломки, третья, к сожалению, сгорела и интереса не представляла. Разношерстные какие-то танки были. Четыре типа в колонне, и это не считая самоходок."
"За время стоянки и вынужденного ремонта штабные и Крапивкин тоже зря время не теряли. Во-первых: на наши посты вышло несколько групп окруженцев, и часть из них были танкистами, так что кем комплектовать экипажи трофейных танков нашлось.
Кадровые военные они довольно быстро разобрались с их управлением и техобслуживанием. Кроме танкистов появилась и пехота, даже восемь пограничников. Из пехоты сформировал два мотострелковых взвода полного штата, вооружив их трофеями, а из пограничников создал особый отдел с их командиром во главе, старшим сержантом Климовым. Разведка у меня и так была, первым вышел почти полного штата разведвзвод той же дивизии.
И вообще основная часть окруженцев состояла именно из служащих этих двух дивизий. Сорок первой танковой и восемьдесят седьмой стрелковой. Были, конечно, и другие, вроде комендачей и городских ментов из райотдела. Некоторые окруженцы нам были нафиг не нужны, но не бросать же их. Шансы выйти к своим у этого полка были минимальны. Он, кстати, вышел на один из наших постов перед самым уходом, когда солнце почти совсем село.
