Аномалия - Первый фронт. Второй фронт. Третий фронт

– Хорошо, – улыбнулся сержант, – передай ему. Когда мы будем в Берлине, встретимся. Хлопков!

Рыжий боец от бедра выстрелил в немца, с криком тот упал на пол, схватившись за колено.

– Я медик, я помогу! – крикнул подскочивший фельдшер.

– Хорошо, ловите, – кивнул сержант, кинув медпакет.

Через открытую дверь на площади слышалась гармошка и молодой голос громко и задорно выводил:"

"По плачущей земле, не чуя сапогов,Наш обескровленный отряд уходит от врагов,Питаясь на ходу щавелевым листом,Ночуя в буераке под калиновым кустом.

Нам отдохнуть нельзя – бегом, бегом, бегом!А наши якобы друзья засели за бугромИ смотрят, как нас бьют, не отрывая глаз.И только длинные дороги полностью за нас!Вытри слезы, отдохни немного, я советская дорога.Отходи, а я тебя прикрою грязью да водою.Но по уши в грязи, в воде до самых глаз.Через какой-то срок враги опять нагнали насИ бьют еще сильней, вот-вот и порешат.Но лютые морозы к нам на выручку спешат!Отдохни, утри горючи слезы, мы советские морозы. Заморозим, заметем тоскою, поманив Москвою.Природа на войне нам как родная мать.Но есть время хорониться, а есть время наступать.И вскоре объявились мы во вражьих городкахИ стали все крушить в ответ, разбили в пух и прах!Порвали на куски, размолотили в хлам!И, добивая, объясняли стонущим врагам:Запомните загадочный тактический прием —Когда мы отступаем – это мы вперед идем!..[1]– Проходите, товарищ Мартынов. Товарищ Сталин ждет вас, – произнес Поскребышев.

Подойдя к двери, глубоко вздохнув, комиссар положил ладонь на ручку двери и, чуть помедлив, потянул ее на себя.

– Здравствуйте, товарищ Сталин, – громко поздоровался Мартынов, войдя в кабинет.

– Здравствуйте, товарищ Мартынов. Присаживайтесь.

Сам Сталин стоял у секретера и что-то изучал в открытой папке. Минут пять длилось молчание. Закрыв папку и убрав ее в один из отделов секретера, Сталин подошел к своему креслу и приказал:

– Докладывайте, товарищ Мартынов. Что за человек этот Демин.

– Он без сомнения наш, возможно бывший.

Возможно, действующий сотрудник. Слишком многих знает, и товарища Гоголева и вас.

– Меня? – удивленно приподнял брови Сталин.

– Мы с ним общались несколько часов, в наших разговорах мы несколько раз касались ВАС, в некоторых моментах я ясно понял, что он вас знает лично.

– Вы изучили фотографии?

– Да, я изучил фотографии всех действующих сотрудников, с кем общался Гоголев, также уволенных и арестованных, там его нет.