Аномалия - Первый фронт. Второй фронт. Третий фронт

Да, наконец информацию о нас объявили по радио, миллионы советских граждан слушали сводки Совинформбюро о героической обороне и встречном уничтожении пехотной дивизии противника. Не понимаю, зачем это нужно, но захваченные трофеи были перечислены чуть ли не до гайки, даже те, что мы захватили в Польше и сейчас вывозим, тоже не раз упоминались. На мои возражение комиссар ответил, что так надо. Людям надо, народу.

Подлетом боевой авиации противник не ограничился. Да, он был ошарашен подобной ситуацией, но отреагировал неприятно быстро.

Авиаразведка группировки на «юнкерсах», несла потери от высотных истребителей, тут к нашему удивлению, как ни абсурдно это было, немцы вовсю использовали наши же МиГи-3, разведка доложила о ночных, а иногда и дневных перемещениях к нашей границе войск противника. И их было много, перевес будет в три, а то и в четыре раза. Против сорокатысячной группировки наших войск немцы выставляли более ста тридцати тысяч своих.

Пять дней, что дал нам противник покататься по их тылам, истекали, я отдал приказ вернуть три из семи групп на базу.

Остальным велел затаиться в больших лесных массивах, мне они еще были нужны.

– Присаживайтесь, товарищи, – произнес Сталин, когда трое мужчин в командирских френчах вошли в его кабинет.

Первым из них был Лаврентий Павлович Берия, он спокойно прошел к стулу, что находился ближе всего к Сталину, спокойно сел и открыл папку, которую принес с собой. Еще двое были командирами. Один, комиссар госбезопасности Гоголев, другой дивизионный комиссар Мартынов.

Последовав повелению Сталина и примеру наркома, они тоже заняли места за Т-образным столом.

– Начинайте вы, товарищ Мартынов. Начните с момента, как вы покинули группировку наших войск на «Свободной земле».

У комиссара тоже была папка; открыв ее, он взял первый лист и начал доклад:

– После захвата территорий встала проблема переварить то, что они захватили. Объем захваченного как немецкого, так и отбитого обратно советского имущества составлял огромное количество.

Тут Демин поступил по-своему, слегка нелогично, но правильно. Он создал тыловые подразделения сверх штата, как для армии. В тот момент число освобожденных пленных числилось около двадцати тысяч, причем сорок процентов из них были служащие именно тыловых подразделений. Тут надо отметить организационные способности полковника Иванова, который согласно приказу Демина организовал тыловые службы сверх штата.