Лена тоже в начале скрывала от меня болезнь. Послеродовые проблемы, женские дела и всё такое. И меня снова накрывает дежавю и топит в нем. Сердце глухо колотится, в висках пульсирует.
— Ты дома? Я сейчас приеду, — сообщает мне Мария. Всегда звонкая и задорная Маша, сейчас поникшая и расстроенная. Тихая, почти шепчет.
Паркуюсь и вижу ее с телефоном на крыльце клиники. Холодно, идёт снег, пальто не застегнуто, без перчаток.
— Иди на парковку, я здесь, — сигналю, показывая направление, сбрасываю звонок. Откидываюсь на спинку сиденья, наблюдая, как она идет к машине, и пытаюсь дышать ровно.
Маша садится на переднее рядом со мной. Молчит, кутаясь в пальто, хотя в салоне тепло. Обычно сразу болтает без умолку, лезет целоваться, ластится, а сейчас – как неживая, растерянная. И мне ни хрена это не нравится. Даже не спрашивает, как я ее нашел.
— Поехали, — просит она.
— Маш, всё хорошо? — сдержанно спрашиваю я. — Ты заболела?
— Нет, — снова неубедительно.
— Что тогда ты делала в клинике? — не могу скрыть свою панику, голос срывается.
"— Я забирала результаты анализов и консультировалась с врачом. Почему ты злишься?
— Может, потому что ты ничего мне не сообщила о своих планах? Это был плановый осмотр?
— Нет... — выдыхает, отворачиваясь к окну. И меня взрывает. Молча выхожу из машины, громко хлопая дверью. Иду в клинику выяснять сам, что происходит. — Роберт! — Мария выскакивает за мной. — Ты куда? Остановись! Пожалуйста!
Ее надрывное «пожалуйста» вынуждает меня остановиться. Разворачиваюсь к ней.
— Или ты сейчас мне всё объясняешь, или я иду выяснять сам.
— Вот этого я и боялась! — тоже повышает голос.
— Чего этого?
— Твоей реакции.
— Реакции на что? Ты больна?
— Нет. Я не больна. Выкинь эту мысль, с моим здоровьем всё хорошо.
— И? Продолжай... — взмахиваю рукой.
Маша подходит ко мне вплотную, обнимает, обвивая руками мой торс, и опускает голову мне на плечо.
Остываю. Этот ее жест и уязвимость обезоруживают. Выдыхаю, прижимая ее к себе сильнее.
— Машенька, что происходит? — шепчу ей.
— Я беременна, — тихо, почти шёпотом сообщает она мне и замирает. А я вместе с ней.
Любой другой мужчина должен быть счастлив от этой новости. Мужчина, который планирует с женщиной будущее, который хочет сделать предложение. А меня окатывает холодным потом. Словно ее беременность равнозначна смертельному приговору. Дыхание спирает.
— Сядь в машину, холодно, — отстраняю ее от себя, открываю для нее заднюю дверь, сажаю, закрываю дверь.