— Что ж, тем хуже для них, — император усмехнулся, — тогда утром выдвигаемся, а пока вот вам мой приказ, князь, нормально отдохните, а то ваши круги под глазами намекают о том, что вы плохо спите.
Орлов кивнул и улыбнулся. Как бы сильно государь ни пытался казаться грозным правителем, он все равно оставался хорошим человеком, так не спрячешь.
* * *Париж. Императорский дворец.
— Что еще случилось, герцог? — Людовик уставился на вошедшего человека уставшим взглядом, — говорите, меня уже ничем не удивить.
— Первая линия обороны на севере пала, — дрогнувшим голосом произнес аристократ, — ваше величество, прошу прощения, но королевской армии больше нет.
— Как? — Людовик тут же подскочил на ноги, — как такое возможно, герцог? Не было ведь докладов о начале боя!
— Не знаю, мой король, — герцог склонил голову, — я просто говорю то, что мне самому доложили. Со второй линии слышали выстрелы и предсмертные крики, а потом резко все прекратилось.
— Проклятье! — Людовик не сдержался, и луч ослепительно света прожег в дверях отверстие размером с голову, — ты понимаешь, что это значит, герцог? Это значит, что мы проиграли, мать твою, вторая линия не сможет сдержать русских, просто не сможет!
— Я понимаю, ваше величество, — аристократ вновь склонил голову, — мой король, пока еще есть время, предлагаю вам эвакуироваться.
— И кто будет воевать? — Людовик горько усмехнулся, — бедняки, которых вы наберете в армию? Преступники, которые при первой же возможности будут убегать с поля боя? Нет, герцог, бежать я не вижу смысла.
* * *Северный фронт. Утро.