Дышал Степан по-прежнему тяжеловато, хоть и пытался сохранить видимость спокойствия. Значит, и для него вчерашнее не прошло бесследно.
– Да, Жень, слушаю тебя.
– Ответь мне на вопрос.
Степан нахмурился, напрягся.
– Задавай, – лаконично бросил он и вернулся к прерванному занятию – к мытью. На этот раз он налил шампунь для себя и начал мыть голову, а у Жени случилась заминка – она принялась наблюдать за ним, отмечая, что Степан совершенно не смущается наготы, как и собственного возбуждения.
А она?..
Она тоже.
Ещё Женя мысленно загадала, что если сейчас Барсов прямо, без утайки ответит на её вопрос, она останется. Его ответ послужит подтверждением тому, что между ними ещё не всё потеряно. А то, что было вчера… Значит, так надо было. Ей. Ему.
– Что у тебя с ногой? Ты вчера хромал.
– Нас бортанули.
Ответ последовал сразу, без единой заминки.
И смысл сказанного понятен был Жене, но она всё равно не могла не уточнить:
– Ты попал в аварию?
От одной мысли, что с Барсовым могло случиться несчастье, сердце скатывалось под ребра.
– Ну… скажем, небольшое ДТП. Бывает…
– Бывает! – Он сказал с беспечностью, а у Жени от волнения ударило в виски. Девушка подалась вперед, дотронувшись до бока Степана. – Ты так говоришь… Стой, бортанули, то есть… подрезали? Или специально спровоцировали аварию?
И сейчас ей безумно важен был ответ. Даже важнее первого.
Потому что с прозвучавшим ответом он откроет дверь в своё личное пространство."
"– Второе. Владимир – телохранитель, приставленный ко мне на время Валгаровым.
Кто такой Валгаров – Женя не знала. Она услышала главное.
– Тебе угрожает опасность? – голос у девушки сел от волнения.
– Думаю, теперь уже нет, – всё тем же ровным тоном продолжил Степан, снимая пену со лба и подставляя голову под струи.
У Жени сердце продолжало бешено колотиться. Она получила ответы.
– Ты был в больнице?
– Угу.
– Нога… Вывих, ушиб?
– Ушиб. Потеряшка, надо было договариваться на один вопрос. Сколько ты мне тут уже их настрочила, пользуясь моей слабостью?
– Какой ещё слабостью?
Она догадывалась какой…
– Такой, – недовольно проворчал Степан, полностью смывая с себя пену.
Глава 17
Степан подал руку, и Женя её приняла. Она осторожно ступила за край душевой. Оказавшись в ванной, сразу же почувствовала себя уязвимой. Дневной свет подчеркнул наготу девушки.
Зато Степану нравилось, что он видел.
У него загорелись глаза, лицо изменилось. Появилось хищное выражение. Голодное.
Женя слегка запаниковала.