Совсем меня за зеленого придурка держит — отговаривается общими фразами. Не зря мне Влад в свое время говорил, что Потанин мелочный и мстительный говнюк.
— Я вам бумаги все же оставлю, чтобы вы еще раз ознакомились и с выводами не торопились. Возможно, еще передумаете.
— Бумаги я возьму, но на многое не рассчитывай, Кирилл.
Он встает и лезет в карман пиджака за бумажником. Я делаю знак, что не стоит, старик кивает и только после этого забирает папку. Удод. Он уходит, а я залпом допиваю кофе и прикрываю глаза.
По дороге в офис телефон не затыкается: бухгалтер, пытаясь достать бумаги с верхней полки картотеки, навернулась со стремянки и ее увезли в больницу, начальник отдела продаж сообщает, что товар задержан на таможне и теперь нужно что-то срочно решать со срывом поставок, и на десерт поступило очередное налоговое требование. Словно мир ждал того, когда я, наконец, потрахаюсь, чтобы спустить на голову апокалипсис.
— Лена, принеси кофе и в экстренном порядке собери продажников в конференц-зале.
Мой робот-ретривер сканирует мои пострадавшие лицо и шею, поджимает губы и бубнит «сейчас». Пусть только повод мне даст — разберу на запчасти.
В течение часа я обсуждаю с дюжиной сотрудников, как выйти из сложившейся ситуации с недопоставками, и параллельно выясняю, что половина из них либо немые, либо попросту боятся открывать рот в моем присутствии.
Я пролистываю записную книжку до буквы «С» и выбираю нужный номер. Надо ее переименовать, пока не стало слишком поздно.
Я возвращаю телефон в карман и прижимаюсь лбом ко окну. Ссссука. Как же я, блядь, устал.
— Вадим, рули домой.
37
Саша
— Саня, ты дрыхнешь, что ли, еще? — недовольно интересуется голос деда Игоря в трубке. — Час дня.