Священный любовник

Лэш был единственным сыном своих родителей, оба из которых — выходцы из семей основателей. Это не закончится добром для Куина. И Хранители чести — это наименьшая проблема в этом плане.

Наступила тишина, Джон чувствовал, как свело легкие. Все это время он знал, что они, в конечном итоге, зайдут в тупик. И то, что он рассказал Рейджу, не поможет спасти его друга. И, конечно же, он был готов на все, чтобы избежать того, что собирался сделать, но внутренне уже был к этому готов.

Джон подошел к двойным дверям кабинета и закрыл их, а затем вернулся к столу.

Его руки дрожали, когда он взял файл, что держал при себе, и положил этот козырь поверх бумаг на столе короля.

— Что это?

Желудок Джон ухнул куда-то вниз, он медленно подвинул медицинскую карту ближе к королю.

«Это мое. Тебе надо прочитать лишь первую страницу».

Роф нахмурился и взял увеличительное стекло, которым пользовался при чтении. Открыв папку, он склонился над отчетом, детально описывающим терапевтический сеанс Джона с Хэйверсом. Было ясно, когда король дошел до самой главной части, потому как напряглись его тяжелые плечи под черной футболкой.

О, Боже… подумал Джон, его сейчас вырвет.

Через некоторое время король захлопнул папку и положил увеличительное стекло на бумаги. В тишине он складывал обе вещи так, чтобы они лежали в идеальном порядке — ручка лупы из слоновой кости вровень с нижним краем файла.

Когда Роф наконец поднял голову, Джон посмотрел ему прямо в глаза, хотя чувствовал себя так, словно каждый дюйм его тела был покрыт грязью.

«Вот почему Куин это сделал. Лэш прочел мой файл, потому что работал у Хэйверса, и он собирался всем об этом рассказать. Всем и каждому. Так что вряд ли это можно назвать обыкновенной дракой двух вспыльчивых юнцов».

Роф снял очки и протер глаза.

— Господи… Иисусе. Теперь я понимаю, почему ты не спешил рассказать мне об этом. — Он покачал головой. — Джон… Мне так жаль, что это произош…

Джон топнул ногой, чтобы привлечь внимание короля. «Ты узнал об этом только из-за ситуации с Куином. В противном случае я никогда бы этого не сделал».

Затем быстрыми, отрывистыми движениями рук, потому что он должен был как можно скорее покончить со всем этим дерьмом, Джон показал знаками: «До того, как Куин достал нож, Лэш прижал меня к стене душевой, и начал стаскивать с меня штаны. Мой друг сделал то, что сделал не только потому, что хотел, чтобы Лэш держал язык за зубами, понимаешь? Я… Я замер и… Я замер…»

— Ладно, сынок, все хорошо… тебе не обязательно продолжать.