– К кому пойдешь, Софья?
– Иди проспись! – рассержено.
– Обязательно. Вот только любимую жену трахну. А то ей внимания не хватает. Затроила…
Перехватываю ее за руку при попытки слинять. Захлопываю дверь на кухню, и вжимаю ее в эту дверь.
– Зак! Нет!
– А что такое? – врезаюсь в ее рот не дожидаясь ответа.
Она не отвечает на мой поцелуй, сжимая свои губы и я кусаю. Вскрикивает. Кусаю еще раз с рычанием и еще раз, пока она не позволяет мне проникнуть в ее рот языком.
Мне больно и я хочу делать ей тоже больно.
Хныкая, она мычит, пытаясь увернуться от меня и сползти по стене вниз.
Не могу отпустить.
Я не хочу ее терять… я не хочу!!
Мне очень нужно почувствовать… как она сломается под меня. Сломается и позволит делать все, что я захочу! И чтобы так было всегда и во всем. Потому что она МОЯ. И тогда я буду делать всё так, как она любит, как она хочет. Я буду делать для неё ВСЁ!
На секунду отстраняюсь, перехватывая на груди ткань платья и рывком рву его до пояса. Ее растерянность трансформируется во что-то другое.
Звенящая пощечина.
Все взрывается звездами, но боли от удара я не чувствую, только немеет щека.
Ловлю ее руки, заламываю за спину, удерживая там своей. Второй перехватываю за подбородок.
– Вот так, да?! А за что?!?
– Не смей меня так касаться, Волков!
– Не хочешь меня?
– Не хочу!!
– Оленя своего изящного опять хочешь?!
На ее лице вспышка возмущения, и я снова со злостью впечатываюсь в этот приоткрытый рот. И теперь у наших жарких «поцелуев» привкус железа. Отстраняюсь, заглядывая в разъяренные глаза.
– Ты моя жена. Ты МОЯ жена! Забыла об этом??…
Путаясь в ткани порванного платья, наконец-то добираюсь до ее бедер. Между бедер.
– Хватит… – пытается выкрутиться. – Зак… стой… нет…
Раздражаясь рву на ней все, что мне мешает. Не расстегивая ремня, дергаю вниз молнию ширинки.
– Только посмей!.. – запечатываю ее губы и пытаюсь просто целовать.
Ответь мне… пожалуйста… пожалуйста!
Член упирается мягкие губки и скользит по ним, заставляя меня слепнуть. Чувствую ее горячую, мягкую.
И ее руки, как когда-то давно опять лупят меня там, где могут дотянуться. И мне опять похрен…
А потому что – моя!
И я прячу лицо на этой прекрасной нежной шее и замираю. Плечи, бедра… все дрожит от ощущений и напряжения. Теряю ощущение реальности. И только знаю, что это она и всё правильно.
– Сонечка… – хриплю я, теряя себя.