Да ну на*рен! Как ты это вывезешь, дорогая?
Неужели пойдешь на такое? Могла бы… ты бы и раньше так сделала… или раньше не могла, а теперь… Сломал свою Фею, Волк? Молодец?
Да нет… нет…
Я же не так совсем с ней…
А как?"
"Раньше-то она только «по любви» могла, а ты ее взял без этого. Нагло. Силой, да. Сжег ей предохранители? После тебя уже не страшно ничего? – ком в горле не проглатывается. – Да ну что за хе*ня?! Не силой я ее брал! Не цинично! Не справился с чувствами – да. Но…
Софья… ты же сильная девочка у меня! Пожалуйста, не надо.
При попытке представить, что она ляжет с кем-то за бабки… я вижу ее руки, крест-накрест… как она даже от меня пряталась.
Это твой косяк, Волк, твой!
Нет. Этого быть не может.
Всё! Нет! «Она не такая». Зафиксируем пока эту версию, пока я кого-нибудь не убил сгоряча.
Квартира?
Скорее всего! Зачем?.. Дурочка. Какое еще, бл*ть, Пушкино? Что ты там будешь делать? Замуж выйдешь? Детей нарожаешь? Танцы свои пойдешь преподавать? Или в больницу работать? Отличная версия. Но я тебе на нее разрешения не давал.
Серьезно, Волк?
– Софья Андреевна, а не станете ли Вы моей женой?
И сразу по лицу… бах!
Мхм… глупо как-то теперь!
А как ты хотел? У глупых поступков – глупые последствия.
Ищи давай… разруливай всё, что она в шоке наворотила уже!
Давай домой, Софья, к «папочке»!
И как тебя найти?
Ребят всех в отпуск отпустил.
Но, может, и к лучшему. Это дело только наше с тобой.
Кстати о семье!
К Елизавете? Почему-то неудобно тревожить её.
Уж лучше к Ванечке. Внутри неприятно сводит. Но я беру себя в руки и давлю на газ.
– Здравствуйте! – сегодня другой вахтер.
– Здравствуйте, Вы куда?
– А я девушку одну ищу. Она здесь занимается, – показываю я на зал в конце длинного коридора. – Городецкая, Софья.
– Сонечка? Да, занималась. Вот только нет ее уже больше месяца.
– Может, не в Вашу смену приходит?
– Журнал посещений один. Во все смены здесь отмечаются.
– А можно мне посмотреть? Пожалуйста.
– Посмотрите…
Листаю, листаю… Последнее посещение, и правда, больше месяца назад. Вот ее красивая роспись с завитушками у большой «Г», как будто выписанная чернилами в прошлом веке.
Черт…
Я скучаю, Софья, по твоему прошловековому флёру.
Где я еще такую барышню найду?
– А Иван, хореограф, здесь?
– Здесь.
– Можно я пройду? На пять минут. К нему.
– Пройдите.
Открываю дверь зала.