Пусть Даниэль пока его не носит, он еще слишком мал, только прошу тебя, следи, чтобы корень всегда был поблизости от него. Но Даниэль не должен об этом знать.
Дан неохотно взял корень.
— Ты уверена, что это необходимо?
— Уверена! Я так стремилась завладеть корнем мандрагоры, потому что считала, что он принесет мне счастье, но он служит только Даниэлю, хотя наш сын и не отмечен печатью Людей Льда.
— Корень мандрагоры никогда не приносил счастья отмеченным печатью.
— Ты прав. Но он всегда принадлежал Людям Льда.
— Не смог.
— Значит, можно предположить, что корень действует против его злой силы?
— Во всяком случае, он никогда не помогал тем, кто был создан по образу и подобию Тенгеля Злого. Ты меня убедила, Ингрид, я буду хранить его как зеницу ока. Когда-то он до безумия напугал меня, но теперь я сохраню его для Даниэля.
— Спасибо, тогда мне больше не о чем тревожиться. Теперь я могу со спокойной душой соблазнить твоего молодого коллегу из Кристиании!
— Думаю, это не займет у тебя много времени! — Дан засмеялся.
Маделейн улыбнулась.
— Я в этом не сомневаюсь. Если в роду Людей Льда все отмеченные печатью такие, как Виллему, Ульвхедин и Ингрид, вам не на что жаловаться.
— Не все отмеченные печатью такие, как мы, — серьезно сказала Ингрид.
Наконец наступила трудная минута прощания с Даниэлем.
Никто не знал, надолго ли.
13
Даниэль быстро освоился в охотничьем павильоне Мёрбю. Ингрид писала ему каждую неделю. Маделейн научила его читать и писать по-шведски, и Ингрид стала получать письма, нацарапанные детской рукой:
У МЕНЯ ЕСТЬ КАТЕНОК И Я БУДУ УЧИЦА СКАЗАЛ ПАПА И НАДЕЮСЬ МАМА ЗДОРОВА И ПРИВЕТ ДЕДУШКЕ И УЛЬВХЕДИНУ И ВСЕМ ДРУГИМ ПИСАЛ МАМИН СЫН ДАНИЭЛЬ
Все письмо помещалось в верхней части листа, как имеют обыкновение писать дети.
Ингрид очень дорожила этими письмами.
Ее жизнь сложилась на диво удачно. Через два года после отъезда Даниэля она вышла замуж за коллегу Дана в Кристиании. Он был всего лишь бедный студент, но, женившись на Ингрид, стал хозяином Гростенсхольма.