В борьбе обретёшь ты...Часть 1 (СИ)

– А что за слухи? – угрюмо спросил самый молодой из присутствующих, невысокий крепыш в коротковатой мантии и явно магловских штанах, и тут же поспешно добавил: – Милорд. Мы с тестем лесом торгуем, в самом Лондоне не бываем почти. Райт наша фамилия.

– Дурные, мистер Райт, как по мне, – Нотт внезапно подумал, что надо бы поставить здесь пару лавок, раз уж главный зал донжона вновь стал таковым. – Вроде, опять собираются отменять Статут. Но это пока лишь слухи. Я надеюсь, они не подтвердятся.

Торговцы мрачно переглянулись, а Нотт затосковал.

Надо было звать Паркинсона.

– Стало быть, не зря ваш управляющий взял со всех клятвы о неразглашении, – бородач Уоттс, не робея, взглянул Нотту в глаза. – Собираетесь отсидеться?

Кто-то опасливо охнул, а из-за спины раздалось насмешливое фырканье Флинта.

– Почему нет, мистер Уоттс? – ухмыльнулся Нотт. – Вы же отсиживаетесь при каждом удобном случае. Чем я хуже?

– Но мы не воины, – развёл руками Мейси, потихоньку оттесняя Уоттса себе за спину. – Что мы можем?"

"– Вы, например, прямо сейчас пытаетесь уберечь мистера Уоттса от моего гнева, – развеселился Нотт, – хотя, уверен, вас просветили о крайней неуравновешенности отпрысков древних семей.

Не так уж вы трусливы и беспомощны, мистер Мейси. И всё же, чего вы хотите от меня?

– Защиты, – коротко ответил молодой Райт и, вздохнув, добавил: – Милорд.

– А ведь так оно и пойдёт, – Паркинсон аккуратно скатал пергамент, в котором минутой ранее увлечённо правил какой-то текст. Нотт от греха спрятался за свежим номером «Пророка», его уже тошнило от счетов и расписок.

– Клятвы не клятвы, а через месяцок вся Британия будет знать, что ты, Магнус, готовишься к осаде. Причем, платишь галеонами и векселями Гринготтса, а не обещаниями непременно как-нибудь отдать долги.

– Не зуди, – буркнул Флинт. – Замотал ты мозги колыхать на ночь глядя. В наших черепушках места столько нету, сколько ты туда пытаешься впихнуть.

– За себя говори, – усмехнулся Ургхарт. – И что же ты ответил, Магнус?

– Что детей спрячу в мэноре, если вдруг начнётся, – тяжко вздохнул Нотт.

– А что я должен был сказать?

Паркинсон с хрустом поскрёб загривок и решительно отодвинул оставшиеся пергаменты:

– Правильно сказал, но надо постараться, чтобы и не началось. Зачем нам полный замок полукровных сопляков? Тьфу, голова уже и у меня не варит. Квинтус, а по маленькой?

Флинт осклабился и лениво повёл рукой, призывая из резного поставца бутылку огневиски и четыре кубка – разномастных, но зато серебряных.