– Вроде и понятно, что сказка, а… Тьфу ты, хрень какая! Брр… Надо срочно выпить.
– Ага, размечтался, – Ургхарт встал с дивана и помог подняться двум нервно хихикающим девчонкам. – Ты аккуратней, Малфой, а то я поймал себя на том, что держу палочку боевым хватом.
Драко надменно задрал подбородок и высокомерно протянул:
– Только присутствие дам удерживает меня от пояснений, где и как вы обычно держите свою палочку, мистер префект.
– Розог бы тебе ввалить, – беззлобно огрызнулся Ургхарт. – Присутствие дам, ишь ты! Но сказочка роскошная, чего там.
– Это не сказочка, – возмутился Драко. – Это правда!
– Серьёзно, что ли, в трёх городах магов подчистую вырезали? Этот урод легко отделался, я бы его ещё месяц пытал.
– Тогда, Терри, обязательно надо выпить. За упокой.
– Мордред с тобой, пропойца, не отстанешь ведь. Народ, кто с нами?"
"Парни-старшекурсники оживлённо загомонили и поспешили в спальню шестого курса: раскрутить Ургхарта на вопиющие нарушения дисциплины удавалось считаные разы.
– Наобжимались? – холодно поинтересовался Малфой, глядя на Гарри сверху вниз. – Пьюси, ты расстраиваешь свою леди.
– Малфой, ты, как верный друг моей леди, мог бы её утешить, – Гарри, смутившись, попытался вскочить, но Эдриан удержал его на месте и тихо рассмеялся. – Хорёк, ты такой забавный.
– Пьюси, ты такой поганец, – с чувством сказал Драко и закончил с тяжким вздохом: – Имей совесть, Эдриан, наши девчонки и так на Поттера злы до невозможности.
Пьюси неторопливо поднялся, усмехаясь, подтолкнул Гарри к Малфою и ушёл в спальню.
– У меня от него мурашки, – передёрнувшись, сказал Малфой.
– А у меня – от тебя, – буркнул смущённый Гарри. – Зачем ты такую жуть рассказал?
– Это не жуть, Поттер, это история. Всё было на самом деле: и Шмалькальденская война,(4) и предатель Мориц Саксонский, и Проныра Юрген – единственный в истории магии некромант на побегушках у магла. И многие тысячи трупов протестантов тоже были – все вперемешку, маги и маглы, бедные и богатые, знать и простолюдины, – Драко задумался.
Гарри пожал плечами – в истории он был, мягко говоря, не силён, а вопросы христианской веры его не интересовали вовсе.
– Пошли спать, сказочник, – сказал он. – Глаза уже сами собой закрываются. Хорошо, что завтра суббота.