Горский поправил китель, достал диктофон, сел и указал Джеку на стул.
— Садитесь, Стентон.
— Спасибо, сэр.
— Твой командир ведет себя очень странно. Мы договорились о встрече заблаговременно, и я не понимаю, откуда у него эта агрессия…
— Я тоже не знаю, сэр. Обычно капитан Хольмер никому не грубит.
— Ну что же, давайте приступим к нашим делам.
— Давайте приступим, сэр.
Капитан включил диктофон и передвинул его на край стола.
— Итак, Стентон, при каких обстоятельствах вы оказались в расположении противника?
— По приказу, сэр.
— Что значит по приказу? — уточнил Горский, сразу весь подобравшись, словно перед прыжком.
— Да обыкновенно, сэр, как всегда. Получили приказ, загрузились в транспорты и высадились в расположении противника.
— Ах вот вы в каком смысле! — на лице капитана отразилось разочарование.
— Так точно, сэр. Обычное дело.
— Но как-то ведь ты оказался во вражеском тылу, правильно?
— Да, сэр, как-то оказался, — пожал плечами Джек. — Очнулся уже в госпитале.
— И что, ты сразу сдался в плен?
— Нет, сэр.
— Да, это так. И что же ты сделал?
— Сказал, что ничего не помню. А врачи подтвердили мои слова, дескать, налицо все признаки контузии, а значит, вполне может быть.
— Та-а-ак… — протянул капитан. Он ехал сюда за легкой победой и галочкой в отчете, а получалось, что все не так просто.
А заводить крючки было нужно, без них не будет победы, а без победы… Одним словом, начальству требовались показатели, поэтому хоть разбейся, капитан Горский, а измену добудь…
— Одного я не могу понять, как же они вас за своего приняли, если нашли вас при мундире?
— По их словам, сэр, от мундира остались одни клочки, но хоть бы он и уцелел, они бы ничего не поняли, потому что комбинезончик у меня был запасной и совсем новый, без знаков различия.
— М-да, — с неопределенной интонацией произнес капитан и, поднявшись со стула, принялся расхаживать по комнате.
— А скажите, Стентон, вам приходилось раньше встречаться с офицерами контрразведки?
— Так точно, сэр, с майором Стоуном.
— М-м-м, это кто?
— Не знаю.