Потом поставили будущего автомобильного гиганта на грань краха, обесценив проданное, и принялись скупать банки, что до сих пор владели его акциями. Прибыль сразу в три этапа — сначала за счёт привлечения живых денег, потом получая банки и, в финале, оказавшись единственными истинными владельцами крупного промышленного предприятия. Ловко.
— Что вы скажете, если мы включим этот банк в качестве условия мирного договора? Добавим его к тому имуществу, которое я получую?
Губы смертной дрогнули, а лицо стало напряжённым.
— Зачем он вам?
Я с беззаботным видом пожал плечами.
— Всегда хотел банк. А теперь могу себе это позволить. Почему бы и нет?
Подождав, пока её разум переварит услышанное, добавил.
— Как я понимаю, сейчас у него имеются некоторые финансовые затруднения. Моим людям потребуется полный доступ ко всей внутренней документации. Необходимо оценить объём задолженности и сформировать контуры новой стратегии развития.
Женщина растерянно кивнула.
— Лицензии Королевства Польского и Королевства франков. Ещё разрешение на экономическую деятельность, выданное Гамбургом.
Я удовлетворённо кивнул. Неплохо. Если я всё помнил верно, это означало, что банк располагал правом проводить операции на территории всей Европы. И само собой, способен заключать внешнеторговые сделки.
— Вот и отлично.
Она всё ещё не до конца понимала мои мотивы, но суть происходящего хорошо уловила — род избавлялся от проблемного актива, абсолютно ничего за это не доплачивая.
— Безусловно. Хотите внести какие-то ещё изменения, граф?
Располагай я более серьёзными людскими ресурсами, мог бы полностью дожать Потоцких. Вынудить их передать мне большую часть их земель, что позволило бы закрепиться в Польше, приобрести статус шляхтича, а заодно и получить неплохой плацдарм.
— Пожалуй, больше ничего, пани. Думаю, можно оформлять документы.