– А чем он отличается от остальных? Если не считать того, что ему удалось сделать тебя своим послом!
Помпей покраснел:
– Я вынужден был согласиться, и мне это ненавистно! Но он мне нужен, а я ему – нет. Поэтому я здесь.
– Ты уже говорил это.
– Не язви, женщина! Мне и так паршиво. Это Цетег.
– Цетег? Ну и ну! – промурлыкала Преция.
– Он очень богатый, в меру испорченный и жутко противный, – сказал Помпей. – Он мог бы и сам выполнить эту грязную работу, но ему хочется, чтобы я сделал это за него.
– Такова его цена, – понимающе заметила Преция.
– Да.
– Наверное, он тебе очень нужен.
– Просто дай мне ответ! Да или нет?
– У нас с тобой все кончено?
– Да.
– Тогда мой ответ Цетегу – да.
Помпей поднялся:
– Я думал, ты скажешь «нет».
– При других обстоятельствах мне бы действительно захотелось сказать «нет», но правда в том, что мне скучно, Магн. Цетег – сила в сенате, а мне нравится иметь дело с влиятельными людьми. Кроме того, я вижу в этом новые возможности.
– Гррр! – прорычал Помпей и ушел.
Он не мог ручаться за себя, если увидит Цетега, поэтому направился прямо к Луцию Марцию Филиппу.
– Преция дала согласие, – только и сказал Помпей.
– Отлично, Магн! Но почему такой несчастный вид?
– Он заставил меня быть сводником.
– О, я уверен, что ничего личного в этом не было!
– А я не уверен!
Весной того года Нола сдалась. Почти двенадцать лет город самнитов в Кампании оставался злейшим врагом Рима и Суллы, выдерживая одну осаду за другой, бо`льшую часть которых возглавлял теперешний младший консул Аппий Клавдий Пульхр.
Но для Суллы подчинение Нолы было знаком. Теперь он мог уйти. Удача до самого конца не покинула его.