— Чтобы потом взять их обоих! — добавил представитель армии.
— Вразумительная идея, — замети Джиллет.
Совещание закончилось. Его участники уходили неторопливо, пытаясь еще раз обменяться друг с другом мнениями. Дэвид Эббот остановился около полковника из Пентагона, который аккуратно складывал листки из архива «Медузы».
— Можно мне на них взглянуть? — осведомился он. — У нас нет своей копии.
— Нам были поставлены такие условия, — заметил офицер, протягивая сложенные листки Эбботу. — Я думаю, что это были ваши инструкции.
— Да, они вышли от меня, — великодушно улыбнулся Немой Монах. — В моей части слишком много штатских.
Полковник отвернулся, чтобы ответить на вопрос конгрессмена. Дэвид Эббот не слушал окружающих, в это время его глаза скользили по колонкам имен: он был встревожен. Эббот был единственным человеком в комнате, кто знал имя. Когда он дошел до последней страницы, в его груди образовалась пустота. Это имя там было!
«Борн Джейсон Ч.
Что же, черт возьми, случилось?
Рене Бержерон в отчаянии бросил телефонную книжку в сторону и отошел от телефона, Сейчас он был не в состоянии контролировать свой голос и движения."
"— Мы проверили все кафе и бистро, где она хоть раз бывала!
— Нет ни одного отеля в Париже, где он был бы зарегистрирован, подтвердил седоголовый оператор, сидя в утомительно удобном кресле возле второго телефона. — Прошло уже более двух часов.
— Но она очень мало знает, и ничего не знает про старика.
Модельер вперил свой взгляд в оператора.
— Скажи мне все-таки еще раз, почему ты уверен, что этот человек — Борн? Что ты еще о нем помнишь?
— Не знаю, почему я так уверен. Я только сказал, что это был Кейн. Если бы ты мог описать в разных ситуациях, то это было важным подтверждением моих слов. — Борн — это Кейн. Мы отыскали его в документах, оставшихся после операции «Медуза». И это одна из причин, почему ты теперь здесь работаешь.
— Но почему ты считаешь, что это был именно он? Ведь все, кто был там, в Азии, рассеялись по всему миру. Ты сам нарвался на подобную ситуацию.