Закасав рукава и вымыв руки, Мартель взял тазик, насыпал в него муки. В муку вбил три яйца."
"Ардашир и без лишних пояснений понял, что парень собрался печь лепешки. Решил помочь - хотя бы ради того, чтобы скорее позавтракать. Сложил заранее подготовленные полешки в печь-тандыр, огненным плевком заставил их разгореться. Потом принялся разводить огонь побольше в камине.
- Так и быть, колбаски запеку сам, - пояснил в ответ на удивленный взгляд парнишки.
Тот не преминул воспользоваться шансом съехидничать в ответ на ехидство истинного:
- Неужто ваше превосходительство снизойдет до кухонной работы? - заломил картинно бровь.
Укол неожиданно задел Ардашира. Да что знает этот мелкий поганец о боевых генералах?!
- Настоящий воин никакой работы не боится! Я, между прочим, чего только не… - начал он, намереваясь прочесть новоиспеченному адъютанту целую лекцию о разносторонних знаниях и навыках, которыми владеют настоящие воины.
И тут его выступление прервал гулкий звук, резкий и низкий, похожий на звон, который раздается при ударе о тяжелый металлический щит.
- А? Что?! - вздрогнул Мартель.
- Кого бесхвостый ящер принес спозаранку? - выругался Ардашир. - Чтобы с кухни - ни ногой, ни носом! Понял?
Убедившись, что Мартель услышал и усвоил приказ, генерал вытер руки салфеткой и отправился на крышу - встречать незваных гостей.
На посадочной площадке, озаренной косыми лучами встающего светила, стоял, сложив руки на груди, экти Хэшпер Форуг - старший брат генерала Ардашира Форуга.
Ардашир вышел, встал напротив старшего брата, в точности скопировав его позу.
- Легких крыльев, Хэшпер. Какими судьбами? И разве красный огонек над входом уже ничего не значит для истинных?
- И тебе высокого полета, младшенький, - Хэшпер снисходительно кивнул. Взгляд его стал насмешливым. - Так уж случилось, что красный маячок погас, как раз, когда я пролетал мимо.
- Ничего странного, - Ардашир насупился. - В заповедном озере я искупался. Дважды. Больше там делать нечего, только кормить любопытство соседей и собственных селян-арендаторов.
- А до меня дошли слухи, что вернулся ты, брат, не один.