Потом прислушался, но ничего не услышал. Плохо, как сказал бы мой приятель Истэчи. Глухой я, похоже. Не охотничий у меня слух, не тренированный.
— Надо огонь зажечь, — подал голос Истэчи. Только по голосу я и определял, что он бродит вокруг меня.
Голос то приближался, то удалялся.
— А зачем? — удивился я.
— Чтобы Темир нас увидел. Темно волку — садиться плохо.
— А он всё ещё в воздухе? — Я-то думал, брат на посадку заходит.
— А где? — удивился Истэчи и напомнил: — Волки не летают ночью. Темир не знает, как сесть — везде острые камни.
Легко сказать — огонь. И где бы мы взяли дрова?
Я стал прикидывать, куда мы примерно скатились. Раз обвалом нас не задело — мы сейчас справа от козырька. Чуть дальше — лагерь, но дров там нет. Там вообще ничего полезного для нас нет, всё сгорело.
Чтобы разжечь огонь, нужно добраться до убежища в овраге. Разве что…
Колдунишка совсем сомлел, и я пошевелил мечом, приводя его в чувство.
— Эй, ты! — сказал я грозно. — А ну, сделай самую маленькую молнию! Только без глупостей! Дёрнешься — зарэжу! На колбасу пущу! Слышишь меня, трусливая тварь?
Колдунишка закивал и всхлипнул.
— Надо связать колдуна, — сказал Истэчи с опаской.
Он боялся этого мелкого трусливого пацана. Как же — он молнии делать умеет.
— Будет слушаться — вязать не станем, — сказал я и легонько пнул колдунишку, чтобы не обольщался. — А не будет слушаться — скрутим самыми толстыми верёвками! — Я пнул пленника ещё раз.
Колдунишка закивал, взвизгнул от боли — лезвие было острым — и закричал:
— Понял, понял! Убери меч!
Я ослабил давление.
Колдунишка задвигал руками, и между пальцев его зародился крошечный огонёк.
Истэчи, никогда, наверное, не видевший процесс создания огня так близко, шумно и с завистью вздохнул.
Колдунишка растопырил пальцы — и огонёк послушно повис в воздухе. Это была не молния, а что-то иное, похожее на язычок пламени. Он выпал из белых тонких пальцев и начал разгораться прямо на камнях.
— Ни фера спе! — сказал Истэчи.
— Ни хера, — поправил я. И похвалил колдуна: — Ну вот, можешь же делать что-то полезное. Но нет, нужно было сжигать наш лагерь. Зачем ты это сделал? Что там искал, а?
Я двинул рукой и, наверное, сильно прижал нежную шейку.
— М-меч убери, — попросил колдунишка. — Больно.
— Разбежался, — усмехнулся я.
— Ты же обещал! — взвизгнул он.
— Я обещал не связывать, мелочь.