Вот только нужен ли кому-то лагерь в этой уютной долинке, если колдуны терия Вердена летают сюда, словно домой?
Настроение у меня испортилось. Вроде я кругом был прав — как говорил, так и вышло. А вроде… и виноват оказался.
Нет бы, что-то хорошее предсказать, да? Были времена, когда гонца, принёсшего дурную весть, казнили…
Ичин, заметив нас, двинулся навстречу.
— Что тут произошло? — спросил он Ойгона, как самого старшего.
Брат начал рассказывать.
Запнулся — он-то большую часть сражения в убежище просидел.
Кивнул на меня:
— Пусть Гэсар рассказывает.
Я не стал спорить. Рассказал и про трёх драконов, и про колдуна, и про девчонку. Только про меч при всех говорить ничего не стал. Про то, что колдуны знают о нём и ищут.
Это я расскажу Ичину наедине.
Шаман слушал внимательно. Задал пару вопросов про воинов и оружие. Покивал. Ну и пошли мы все вместе к обвалу — посмотреть, остался там кто живой?
Ночью я даже представить себе не мог, какая огромная куча камней получится, настоящая гора, и совсем даже не маленькая.
— Ни хрена себе! — радостно объявил Истэчи.
Новая фраза ему очень нравилась, и он совал её и в дело, и без. Всё-таки русский матерный — самый простой для изучения язык.
Я кивнул. Похоже, колдуна в живые мы записали зря. Уцелеть тут никто бы не смог. Разве что призрак? Неупокоенная душа?
Нужно будет расспросить Шасти, как в этом мире положено умирать колдунам.
Хвост дракона мы, побродив вокруг, всё же нашли — он одиноко торчал из-под камней. Маленький такой кончик, с полметра.
Кажется, это был хвост большого дракона — больно уж толстый. Значит, молодой зверь оказался внизу, и его завалило полностью.
Мда… Серьёзный камнепад вышел. Мощный. Призрак медведя — мастер по камнепадам. И курумник образовался такой, что ходу по тропе больше нет.
Вчера мы даже представить себе не могли, что это место стало настолько опасным. Было бы светло — испугались бы лазить под самым обвалом. Но в темноте спокойно прошли по самому краю.
Повезло дуракам. Сейчас бы я так не рискнул дорогу прокладывать.
Барсы взялись было отбрасывать камни, пытаясь отыскать тела колдуна и его воинов — тщетно. Завалило на совесть.
— А если колдун всё-таки уцелел? — спросил Ыйген.