Казачий князь

"Ерофей Трофимов

Шатун. Казачий князь

Выпуск произведения без разрешения издательства считается противоправным и преследуется по закону

Охотничья двустволка гулко грохнула, и роскошный красавец фазан с треском ломаемых ветвей рухнул в кустарник. Катерина, гордо покосившись на мужа, ловко перезарядила ружьё и, дождавшись, когда молодой сеттер притащит добычу, спросила, повернувшись к Руслану:

– Убедился? Говорила же, что не разучилась стрелять.

– Да я и не сомневался, – рассмеялся Шатун, целуя её в губы.

 – Хватит, или хочешь продолжить? Трёх петухов уже взяла.

– Я бы ещё постреляла, но нельзя. Пропадут. Жарко уже, – чуть подумав, нехотя призналась юная княгиня.

– Тогда поехали домой. Скоро ещё жарче станет, – ответил Руслан, забирая у жены ружьё.

Покачиваясь в седле своего громадного Беса, князь Ростовцев, или известный в узких кругах Шатун, и широко известный в предгорьях Лютый, вспоминал промелькнувший год как самое суматошное, но в то же время самое приятное для него время.

За это время много всякого случилось. А началось всё с окончания строительства дома в имении. Теперь широкий двухэтажный дом окончательно и безоговорочно стал его родовым гнездом. Благо начальство не поскупилось и землицы нарезало под имение от души.

Шутки шутками, а ежели ехать с инспекцией, вдумчиво, то дарованные земли объехать можно только за неделю. Тут было всё. И не широкий, но быстрый ручей, и непроходимый, почти дремучий лес, и степная целина, часть которой уже начали распахивать севшие на земле арендаторы.

Отлично понимая, что в сельском хозяйстве не понимает ровным счётом ничего, Шатун решил внести некоторые новшества в местные правила пользования землёй.

Обычно крестьяне имели свой крошечный надел и отрабатывали барщину на землях хозяина земли. Дальше, после получения урожая, барин уже сам решал, что продавать, а что оставлять себе на прокорм. Схема грубая, но в подробности Руслан даже не пытался влезать. Не до того было.

А вот в его имении всё было иначе. Арендатор получал участок под дом, свой огород и ровно столько земли, сколько мог сам обработать.

После, имея на руках плоды своего труда, они сами решали, сколько и чего продавать, а сколько оставлять. Шатуну они платили только арендную плату за пользование землёй. Таким образом Руслан избегал любой ответственности за последствия их недальновидности. Продал больше, чем надо было, твоё решение и твои заботы.