Наверное, потому, что барон Горн помнил имена всех чиновников, но здоровался только со старшими."
"— Я скопирую дня за два и верну, — пообещал ему. — Вот тебе шестьдесят риксдалеров авансом, а вторую половину получишь вместе с чертежами.
— Давай все сумму сразу, — потребовал Юхани Вяят. — Чертежи можешь оставить себе. Все равно не я за них отвечаю. Да и никому они не нужны, пылились в кладовой.
Часть полученных денег была спущена в тот же день в таверне «Пьяная треска». Я позволил Юхани Вяяту угостить меня.
Тут будет реклама 1
Если не пропьет деньги быстро, мечта может осуществиться. А как без нее жить?!
На следующий день я заказал для карт и схем кожаную папку наподобие английских, куда и сложил их. Сверху было письмо царю с сообщением, что это мой подарок ему, и объяснением, что это такое. Теперь я мог со спокойной совестью утверждать, что внес посильный вклад в превращение России в великую морскую державу. Из учебников истории знаю, что мне этот подвиг не зачтется потомками.
32
Вернувшись в Лондон, я не застал русскую делегацию, которая двинулась в обратный путь.
Тут будет реклама 2
По слухам, в Московии опять сестрица царя Софья мутит воду, мечтает вернуться во власть. Я нашел торговцев, которые занимаются оружием, и заказал им пушки, мушкеты и пистолеты, согласно списку, оставленному мне Петром Первым. Заказ складировали в пакгаузе возле верфи, на которой под чутким руководством Адама Хенэма строили мой новый корабль. Даже не знаю, как его классифицировать. По тоннажу, парусному вооружению и толщине бортов, усиленных для плавания во льдах (Белое море замерзает быстро), это линейный корабль третьего ранга, но он ведь не военный, хотя и будет нести восемь карронад и по два погонных и ретирадных нарезных орудия на всякий случай.
Тут будет реклама 3
Я бы сказал, что это дедушка клиперов, у которых корпус будет еще уже, а мачты выше. Закончив погрузку, отправился в Архангельск.
Я видел север Скандинавского полуострова в разные времена года. Летом он поражает своей холодной, мрачной красотой, а зимой, припорошенный снегом, как сединой, будто бы стареет, теряя привлекательность.
Тут будет реклама 4
Алиса Грей видит его впервые. Она вообще всё, что за пределами Лондона, видит впервые. Молчаливая задумчивость голых скал привораживает ее. Светит солнце, но дует северный ветер, пронизывающий до костей, поэтому девушка стоит на шканцах в новом гауне с капюшоном, утепленном серой западноевропейской белкой, и прячет озябшие кисти рук в рукава.
— Какие дикие места! — произносит она восторженно.
