Но ведь тогда что же делать громадному аппарату шумовиков, пасущихся на сочных лугах около пропаганды? Тем, кто придумывает, издаёт, рассылает, извещает, контролирует, отчёты в папки складывает… Ведь не пойдёт же он контролировать, как я индивидуально, доверительно беседую с человеком. И лопату же он в руки не возьмёт.
Прямо не верится, какие перемены наступают."
"Однако… что-то мне давно уже не хочется заниматься ни массовой, ни индивидуальной пропагандой. Может, сказать им: а не пошли бы вы в ж…у с вашей партийной нагрузкой?
Зашёл я тут в соседнюю эскадрилью специально познакомиться со стилем работы передового пропагандиста, Лукича нашего.
Тут тебе и тема, и идея. И когда было проведено занятие, и кто выступил, и с каким рефератом – да куда там – с диссертацией! И кто особо отличился, и кто помогал ему отличиться, и роль секретаря парторганизации и помощника командира эскадрильи в оказании практической помощи пропагандисту, и кто как уяснил, что Волга впадает в Каспийское море, и когда будет новое занятие.
Красиво. Уря.
А когда я был весной у родителей, то посмотрел труды отца своего, матерущего пропагандиста, давнего и заслуженного лектора-международника, и прочая, и прочая. Он долго заведовал методическим кабинетом районо, был примером, делился опытом на областных семинарах.
Он уже давно на пенсии, но считает необходимым как коммунист внести свой вклад в перестройку.
И вот передо мной план.
Пункт, что Волга – великая река. Пункт – что Каспийское море – тоже не маленькое. Что река – течёт. Что течёт в ней вода, а берега не текут. Берега стоят. Стоят вокруг воды. Пресной воды. А в море вода солёная. И т.д. и т.п.
Расписано со знанием дела, красиво расписано, до буквы, до запятой. Я страшно удивился, как много можно высосать из пальца: умно, красиво, логично, связно, правильно расположить, выделить главное, сгруппировать подобное, броско озаглавить…
Но Волга всё равно впадает во всё то же, будь оно проклято, море говорильни.
Так вот он, прежний стиль работы. Отец свято верит, что так и только так. Он закостенел в этих убеждениях. Он считает, что иначе люди не поймут. Он знает людей. Он читал лекции этим людям – рабочим на предприятиях, имеющим 4 класса образования, – ещё когда меня не было на свете.
Но сменились поколения.