– Я думаю, вы намного больше нас пользуетесь там солнцем, – согласился инспектор Крэддок. – Вы были дома сравнительно недавно, насколько мне известно, на Рождество, чтобы уж быть точным. Что заставило вас снова поспешно вернуться?
Седрик ухмыльнулся.
– Получил телеграмму от сестры, от Эммы. В наших владениях раньше никогда не случалось убийств. Я ничего не хотел пропустить, вот и приехал.
– Вы интересуетесь криминалистикой?
– О, не стоит говорить в таких высоких выражениях. Я просто люблю убийства, кто бы их ни совершал.
– Понятно. Это вполне отвечает вашему спортивному интересу и семейным чувствам. Не сомневаюсь, что сестра вам весьма благодарна, хотя и два других брата приехали, чтобы быть в эти дни вместе с ней.
– Но не для того, чтобы подбодрить ее и успокоить, – сказал Седрик.
Брови Крэддока чуть заметно приподнялись.
– А разве она была женщиной с сомнительной репутацией?
– Ну, здесь уж вы власть на местах. Вам и карты в руки. Однако по всему видно, что так вероятнее всего.
– А не смогли бы вы подсказать нам, кто она такая?
– Послушайте, инспектор. Вы уже знаете, и ваш коллега может подтвердить, что я не опознал ее.
– Я сказал «подсказать», мистер Крекенторп. Вы могли никогда раньше не видеть этой женщины, но могли бы сделать предположение, кто она или кем могла быть.
Седрик покачал головой.
– Вы напрасно теряете драгоценное время. Я не имею об этом никакого понятия. Вы строите догадки, как мне кажется, на том, что она пришла в Длинный сарай на свидание с одним из нас. Но никто из нас здесь не живет. Единственные обитатели дома – женщина и старик.
– Дело в том, что эта женщина могла когда-то – в этом со мной согласен и инспектор Бейкон – иметь касательство к вашему дому, может быть, много лет тому назад. Попытайтесь вспомнить, мистер Крекенторп.
Седрик немного подумал, потом покачал головой.
– У нас временами была прислуга из иностранцев, как у большинства здешних жителей, но я не припоминаю ничего подходящего.